мы говорили о многом, мечтали о лете, мечтали: вот будет лето и мы уедем… даже нашли по глобусу на планете место, где рады людям и их медведям. во мне просыпалась нежность… самая первая, та, с какой на ребёнка глядишь новорожденного… медведь говорил: извини, что звал тебя стервою и за всё, что сказал и сделал неосторожного… а я скулила в ответ: ты тоже прости меня, я думала, что растеряла всё это… женское, и называла его самым важным именем… а он становился плюшевым и божественно белым, набитым ватой мягкой до кончиков лап, домашним, самым на свете… редким…

