Пёс

Ну что, тут и дебилу всё понятно.

— Значит, бармена я беру на грудь. Это, на себя. — Смотри, не надорвись.

Ты мой телефон табельный украл.

Это летаргический вопрос.

Мы с ним вместе занимаемся одним и тем же делом. Твёрдо стоим на букве закона.

У меня есть видеозаписть. Доказательная база. Давай, приходи, киношку тебе покажу. Поп-корм возьми.

Скатертью самобранка!

Это же элементарно очевидно.

— А какое дело ты расследуешь в стриптиз-клубе в рабочее время? — У меня расследование в интересах органов. — Интересы твоих органов, Гнездилов, должны проявляться в нерабочее время.

Свиньи вы неблагородные.

Щас ты увидишь настоящую жизнь. Вкусные женщины, красивые напитки.

Ну что, блохастый, дёрнем удачу за хвост?

Эй, ты! Гнездулин! Да вытащи меня отсюда!

Будешь у меня, как хлеб в масле, купаться.

Да я азартные игры презираю органически!

Да что там смотреть в этом внутри?

Ничего, семь дней. Семь дней — это не неделя. Это семь дней всего лишь.

Это Гнездилов разбил. Ты ж знаешь, у него две левых руки.

Это примета плохая, так нечисть плодится.

Я просто исполнял свою работу, ни больше ни меньше.

А как же я теперь зраплату получать буду?

Я тебя подозреваю. Я как подозреваемый просто имею право тебя обыскать.

— Ты откуда? — Оттуда! Ещё спроси меня, куда. Туда!

Это даже только козлу понятно.

Можете на меня не сомневаться.