Jane Austen

Делить своё сердце она не умела и со временем отдала его мужу...

...когда юный ум бывает вынужден потупиться романтическими понятиями, как часто на смену им приходят мнения и слишком распространенные и слишком опасные!

Сожаленья и тоска омрачали ей все развлеченья юности; и она надолго погасла и поникла.

Бывает иногда, что женщина в двадцать девять лет даже прекрасней, нежели была она десятью годами ранее.

Когда он говорил, она узнавала прежний голос, угадывала прежнюю душу.

Настала пора безоблачных радостей — очень недолгая пора.

... Когда боль наша минет, память о ней уже очарована воспоминаниями. Мы не меньше ведь любим места, где нам случилось страдать, разве только когда страдания были ничем не скрашены.

Проблема поэзии в том и состоит, что редко кто наслаждается плодами её безнаказанно, и что она впечатляет нас более при том именно состоянии души, когда бы нам менее всего следовало ею упиваться.

Покой — замена счастья.

Стоять на своем часто значит проявлять упрямство. Способность к разумным уступкам — свидетельство здравого смысла.

Радость обеих дам по поводу этой встречи была, как и следовало ожидать, необыкновенной, — принимая во внимание, что на протяжении последних пятнадцать лет их вполне устраивало полное отсутствие сведений друг о друге.

Многие леди были бы уязвлены в своих чувствах, если бы поняли, насколько мужское сердце невосприимчиво ко всему новому и дорогому в их убранстве, как мало на него действует дороговизна ткани и в какой мере оно равнодушно к крапинкам или полоскам на кисее или муслине. Женщина наряжается только для собственного удовольствия. Никакой мужчина благодаря этому не станет ею больше восхищаться, и никакая женщина не почувствует к ней большего расположения. Опрятность и изящество вполне устраивает первого, а некоторая небрежность и беспорядок в туалете особенно радуют последнюю.

Дружба является целительным бальзамом для ран от разочарований в любви.

Казаться почти хорошенькой для девушки, которая первые пятнадцать лет своей жизни слыла дурнушкой, — радость гораздо более ощутимая, чем все радости, которые достаются красавице с колыбели.

…и как бы ни провозглашалось, что все наше счастье навсегда зависит от одного единственного человека, так нельзя… так не годится, так не может быть!

Вопрос об умении властвовать собой она решала очень просто: сильные, бурные чувства всегда берут над ним верх, спокойные его не требуют.

Вашему искусству вести спор я могу противопоставить равное ему упрямство.

Иным людям и семи лет не хватит, чтобы хоть сколько-нибудь понять друг друга, иным же и семи дней более чем достаточно.

Но многие странные вещи удается объяснить, если по-настоящему вдуматься в их причины.

Для меня одобрять — значит любить. На более слабое чувство я неспособна.

Едва ли сыщется такой недостаток внешности, с которым приятное обхождение нас постепенно бы не примирило.

В человеческой жизни порой возникают обстоятельства, при которых здравый смысл оказывается бессильным.

Некая утрата иногда может обернуться приобретением.

А теперь вы любите гиацинты? Как это хорошо. Вы приобрели новый источник радости, а человеку надо радоваться как можно больше.

Способность к разумным уступкам — свидетельство здравого смысла.