Смерть на брудершафт

Когда человеку так больно, ничто на свете не имеет значения. Кроме одного — избавиться от боли.

Скоро бабы добьются избирательного права, потом, пожалуй, равенства в карьере — и, конечно, при своей аккуратности, трезвости, прилежании в два счета заткнут мужчин за пояс. Избавятся от домашних хлопот, детей отдадут в ясли, для родов приспособят какие-нибудь инкубаторы, а затем и мужчины окажутся не нужны. Запасут в рефрижераторах семени на тысячу лет вперед. Вот чего опасаться надо, а не Карла Маркса.

Швейцарский революционер — звучит смешно. Как пудель-людоед.

Нет на свете неприручаемых зверушек, есть хреновые дрессировщики.

На свете много мерзостей. Предательство — худшая из них...