Ангелы и демоны

Наука говорит мне, что Бог должен существовать. Но мой разум утверждает, что я никогда не смогу понять Бога. А сердце тем временем подсказывает, что я для этого вовсе и не предназначена.

Я не спрашивала вас, верите ли вы тому, что люди говорят о Боге. Я спросила: «Верите ли вы в Бога?» Это два совершенно разных вопроса. Священное Писание – это... собрание рассказов, легенд. Это история того, как человек пытался удовлетворить свою потребность в познании самого себя и всего сущего. Меня не интересуют ваши суждения о литературных произведениях. Я спрашиваю: верите ли вы в Бога? Ощущаете ли присутствие высшей силы, когда вглядываетесь в звезды? Верите ли вы всем своим существом, что темный свод над вами – творение руки Божьей?

Вера требует, если так можно выразиться, «актов веры». Верующий должен серьезно относиться к чудесам, не сомневаться в беспорочном зачатии и божественном вмешательстве. Кроме того, вера предписывает определенный кодекс поведения. Библия, Коран, буддийские рукописи... все они содержат практически идентичные требования, за нарушение коих установлены одинаковые наказания. В них говорится, что меня ждет ад, если я не стану следовать этому поведенческому кодексу. Мне трудно представить себе Бога, который управляет миром подобным образом.

Сейчас мы стоим на самом краю пропасти. Ни один из нас не может позволить себе остаться равнодушным. В чем бы вы ни видели зло — в сатане, коррупции, безнравственности... вы должны понять, что сили зла живы и с каждым днем становятся все более могущественными. Не проходите мимо них... Злые силы, сколько бы могущественными они ни были, отнюдь не непобедимы. Добро восторжествует. Прислушайтесь к своим сердцам. Услышьте Бога. Все вместе, взявшись за руки, мы сможем отойти от края бездны.

Чем сильнее мы к вам тянемся, тем резче вы нас отталкиваете.

Люди постоянно испытывают тягу к сопротивлению.

Верите вы в Бога или нет, но вы должны понять, что, если мы как вид отбрасываем веру в Верховную силу, мы неизбежно перестаем ощущать свою ответственность. Вера... любая вера... учит, что существует нечто такое, что мы понять не в состоянии и перед чем мы обязаны отчитываться. Имея веру, мы несем ответственность друг перед другом, перед собой и перед высшей истиной. Религия не безгрешна, но только потому, что не безгрешен и сам человек. Если мир сможет увидеть церковь такой, какой ее вижу я... то есть за пределами ритуалов или этих стен... он узрит современное чудо... братство несовершенных, непритязательных душ, желающих всего лишь быть гласом сострадания в нашем ускользающем из-под контроля мире.

Даже вполне респектабельные средства массовой информации могут стать жертвой массовой паранойи.

Страх является сильнейшим стимулятором.

За маской спокойствия скрывался человек, чью душу разрывали на части его собственные демоны.

Я обучен следовать приказам, а не обсуждать их.

Средства массовой информации есть не что иное, как пособники анархии.

Даже самые захватывающие события часто имеют весьма прозаические объяснения.

Реальный мир — это мой мир. Я ежедневно погружаюсь в его ужасы, в то время как другие имеют дело с чем-то возвышенным и чистым.

— Ты хотя бы понимаешь, что за эти слова можешь отправиться в ад? — А разве я уже не там?

Солдаты не могут позволить себе быть святыми.

Какой смысл менять мир, если мир этого не видит?

Хорошая научная фантастика уходит корнями в настоящую науку.

Гордыня и традиции не должны возобладать над здравым смыслом.

Страх, как хорошо знал ассасин, был его союзником. Страх калечит сильнее, чем любое оружие.

Отец всю жизнь мечтал о том, чтобы примирить науку и религию. Он хотел доказать, что наука и религия вполне совместимы и являют собой всего лишь два различных пути познания единой истины.

Убийство действовало на него так, как на других действует героин... Каждая новая порция приносит лишь временное облегчение, порождая тягу к очередной, все увеличивающейся дозе. Чувство приятного удовлетворения исчезло, и на смену ему снова пришло желание.

Мы все получаем пользу от приобщения к чему-то божественному... пусть даже и воображаемому. Виттория как учёный ничего не могла возразить против подобной логики. Она прочитала бесконечное число работ о так называемом эффекте плацебо, когда аспирин излечивает рак у людей, веривших в то, что они принимают чудодейственное лекарство. Разве не такую же роль играет вера в Бога?

Нас преследует насилие и расколы общества. Мы становимся жертвами предательства. Скептицизм считается достоинством. Цинизм и требование доказательств стали главной чертой просвящённого мышления. В свете всего этого не приходится удивляться, что никогда в истории люди не чувствовали себя столь беспомощными и подавленными, как в наше время.

Вера тебя не спасёт... Тебя спасут медицина и надувные мешки в автомобиле. Бог тебя не защитит... Тебя сможет защитить только разум. Только просвещение... Верь лишь в то, что приносит ощутимые результаты. Сколько лет прошло с тех пор, когда кто-то расхаживал по воде аки посуху? В наше время чудеса способна творить только наука... компьютеры, вакцины, космические станции, а теперь даже и божественное чудо творения. Вещество из ничего получено в лаборатории... Кому нужен этот Бог? Никому! Наука — это наше божество!