Джеймс Джойс

Послушай эту сказку, Любовь моя: Когда мужчину бросят Его друзья, Окажутся их клятвы Легки, как пух, И крадучись уходит Последний друг, Пусть женщина в пустыню К нему придёт, Придёт — и боль остынет, И он поймёт, Что в мире всё богатство - Он и Она, И — жить. И — губ касаться. И — тишина.

По юности и глупости Жениться можно вмиг, Поэтому, красавица, Бегу, бегу. Ведь от жены не лечат, А жены нас калечат. Нет, лучше я сбегу.

Каждый, кто проникает, думает, что он проник первым, тогда как он всего лишь последний член в ряду предшествующих, пусть даже первый в ряду последующих, и каждый воображает, будто он первый, последний и один-единственный, тогда как он не первый, последний и один-единственный в ряду, что начинается в бесконечности и продолжается в бесконечность.

Вокруг меня насыщенные и насыщающиеся мозги — пришпиленные под лампочками, слабо подрагивающие щупиками, — а во тьме моего ума грузное подземное чудище, неповоротливое, боящееся света, шевелит драконовой чешуей. Мысль — это мысль о мысли. Безмятежная ясность. Душа — это неким образом всё сущее: душа — форма форм.

Люди не знают, как могут быть опасны любовные песни... Движения, вызывающие мировые перевороты, рождаются из грёз какого-нибудь крестьянина на склоне холма.

Взгляни на море. Что ему до всех оскорблений?

Этикет значит этикет. Он мать родную убил, но серые брюки ни за что не наденет.

Несчастий сам изведав, тем, кто в нужде, я научился помогать.

Сплошное счастье наводит скуку.

... мы все рождаемся одинаковым образом, но умираем весьма по-разному.

Таков принцип правосудия. Пусть лучше девяносто девять виновных ускользнут, чем один невиновный будет приговорён.

Бывает, что насмешника не принимают всерьез, как раз когда он вполне серьезен.

Мысль, что не ты платишь — лучший соус к обеду.

Я так устал, я покинут, уже немолод. Можно сказать, я стою с неотправленным письмом, подлежащим добавочному сбору, перед ящиком для опоздавшей корреспонденции на главпочтамте человеческой жизни.

Сумерки. Закат догорел. Скоро взойдет луна. Бледно-зелёный свет фонарей. Музыка из окна. Женские пальцы. Седой рояль. Клавиш точёных ряд. Радость, страдание и печаль - Тёплой волною — в сад. Полные тайной боли глаза. Тканей голубизна. В бледно-зелёные небеса Тихо идет луна.

Говорят, дурнушку полюбишь — не разлюбишь. Только ни одна себя такой не считает. Люби, лги и будь красивой, потому что завтра умрём.

Времени не вернешь назад. Воду не удержишь в ладонях. А хотел бы? Вернуться назад. К самому началу. Хотел бы?

Не жестоко ли это. Люди привяжутся друг к другу, завлекут, заманят друг друга. А потом разрыв. Смерть. Крах. Обухом по башке.

И еще говорят, что Америка — это страна свободных людей. <...> Америка, заявил я ему так спокойненько, что это по сути такое? Мусор, выметенный из всех стран, включая и нашу. А что, разве это не верно? Истинный факт.

Струны женского сердца идут через кошелёк.

В этом всё дело. Женщина. Море удержать проще.

Никто не видел — никому не рассказывай.

А вдруг ей не понравится если я нежданно-негаданно. С женщинами надо поосторожней. Один раз застанешь со спущенными панталонами, всю жизнь не простит.

Никогда не знаешь, чьи мысли пережевываешь.