Допплер

Живя в лесу, я избавляю людей от общения со мной, а себя — с ними. Они защищены от моего сарказма и ненависти, а я огражден от их тупости и правильности. Идеальный порядок, на мой взгляд.

Но я живу в лесу не удовольствия ради. Я делаю это потому, что должен жить в лесу, но тебе сложно меня понять, ведь ты никогда не испытывала чувства, что твое место — в лесу. И у тебя все всегда идет отлично, а у меня плохо, ты легко и с радостью общаешься с людьми, а я мучительно и без удовольствия.

Я не люблю людей. Мне не нравится то, что они делают. И сами они не нравятся. И что они говорят, не нравится тоже.

Снегопад — единственная погода, которую я люблю. Он меня почти не раздражает, в отличие от всего остального. Я часами могу сидеть у окна и смотреть, как идет снег. Тишина снегопадения. Она хороша для разных дел. Самое лучшее — смотреть сквозь густой снег на свет, к примеру на уличный фонарь. Или выйти из дому, чтобы снег на тебя ложился. Вот оно, чудо. Человеческими руками такого не создать.

Для меня телевизор — это нечто вроде большой энциклопедии моей нелюбви к людям.

Стоит человеку стать отличником, и вот уже нет предела тому, на что он готов пойти, лишь бы заслужить пятерку с плюсом. Эта спираль сама себя раскручивает все дальше и дальше, — воистину нет предела совершенству.

Люди вообще обладают одним поразительным свойством: как только они заполняют собой пространство, ты начинаешь видеть исключительно их, а не это самое пространство. Бескрайние пустынные просторы перестают быть бескрайними и пустынными, стоит им впустить в себя хотя бы одного двух людей. Человек ведь сам выбирает, на чем остановить взгляд. И обыкновенно устремляет его на себе подобных.

Удивительно, насколько же легче ничего не говорить, не объяснять, не втолковывать, а просто тихо делать свое дело.

Кстати говоря, невыносимый шум – самая характерная особенность людей, они чемпионы по отвратным звукам, нет, правда, уже многие тысячи лет никто не производит более мерзких звуков, чем человек.

Любой придурок умеет писать буквы, вопрос: какие и в какой последовательности?

Ты живешь здесь и сейчас, и больше тебя никогда не будет. И геройства в том, чтобы сдохнуть по дурости, тоже нет.

Вот до чего мы дожили. Люди замуровывают себя в домах, боясь ближнего.

Какое блаженство — общаться с тем, кто не умеет говорить.

Только человек особого склада способен ничего не делать, когда у него постоянно стоят над душой.

Все на свете не может быть приятным по определению. <...> Так что иногда приходится делать вещи, зная, что они не доставят нам удовольствия. Иной раз стоит набраться духу и доползти до края сука, на котором сидел, рискуя его сломать, а иной раз стоит даже срубить его. — А иначе ты будешь не человек, а говно на палочке.

Ничто так не сплачивает людей, как коллективный тяжелый труд, имеющий к тому же символическое значение.