Франсуа Мориак

Талант писателя в том и состоит, чтобы сделать близким для всех тот тесный мир, в котором мы родились, где мы научились любить и страдать.

Читатель требует, чтобы мы его обманули.

Нет ужаснее падения, чем отречься от самого себя.

Человеческая мысль упряма, невозможно помешать ей устремиться в ту сторону, куда ей захочется.

Чем больше женщин знает мужчина, тем примитивнее его представление о них.

Любовь — это часто встреча двух слабостей.

Ужасно, что нет ничего прочного в жизни: всё течёт, меняет форму, не остановишь мгновения, не удержишь той полоски жизни, когда существование твоё становится терпимым и у тебя хватает сил сносить его.

Отвратительные, ничтожные, тёмные деяния, которые мы совершаем наедине и безнаказанно, лучше характеризуют нас, чем великие преступления.

Супружеская любовь, которая проходит через тысячу случайностей, самое прекрасное чудо, хотя и самое обыденное.

Мы, женщины и мужчины, бываем нежны, когда любим сами, но никогда — когда любят нас.

Пусть само сердце выбирает себе близких — не по крови, а по духу.

— Неужели ты думаешь, что я могу... Тех, кого любят, не убивают. — Быть может, мы стоим перед выбором, — сказал Ксавье. — Либо убивать тех, кого мы любим, либо умирать за них. Мирбель вздохнул: — Есть и третья возможность: быть любимым тем, кого любишь. Существует ли на свете такое счастье?

Товарищество приводит к дружбе; два юноши обнаруживают, как много между ними общего: «И я тоже… И у меня так бывает…» – вот самые первые связующие их слова. Дружба, как правило, рождается с первого взгляда. Наконец нашелся близкий человек, понимающий все с полуслова! Сердца бьются в унисон! Одно и то же удручает друзей, одно и то же прельщает. Даже разница между ними – и та укрепляет единство: каждый восхищается в своем друге достоинствами, которых так мучительно не хватало ему самому.

В молодом человеке, как в птице, борются два инстинкта: один велит жить в стае, другой – уединиться с самочкой. Однако тяга к товариществу долгое время пересиливает.

Вожделение превращает человека, приближающегося к женщине, в чудовище, совсем на этого человека не похожее.

Часто правильной дорогой оказывается та, на которую трудней всего вступить.

Самые необыкновенные чувства перестают удивлять, когда становятся привычными.

Париж — это населённое одиночество.

Дороже всего обходятся непродажные женщины.

Единственное достоинство диктатуры: не нужно часами сидеть у приемника, чтобы узнать результаты выборов.

Миф о Прометее символически выражает ту мысль, что вся мировая скорбь зависит от больной печени.

Когда вспоминаешь о том времени, когда ты любил, кажется, что с тех пор больше уже ничего не случилось.

Строительство воздушных замков ничего не стоит, но их разрушение обходится очень дорого.

Не нужно иметь веру, чтобы молиться; нужно молиться, чтобы обрести веру.

Если мы оглянем свою жизнь, выяснится, что мы всегда бывали в разлуке с теми, кого больше всего любили: уж не потому ли, что достаточно обожаемому существу жить вместе с нами, чтобы оно сделалось нам менее дорого. Те, кто рядом, всегда неправы.