Хосе Ортега-и-Гассет

Ничто из того, чем человек был, стал или станет, не было, не стало и не останется таким навечно, но лишь стало таким в один прекрасный день, а в другой прекрасный день — перестанет им быть.

Трюизмы — трамвай умственного транспорта.

Каждая судьба трагична в самом глубинном смысле этого слова у того, кто не проникает в суть жизни, но лишь скользит по ее поверхности.

Светлые головы — те, кто избавляется от фантасмагорических «идей», смотрит на жизнь в упор и видит, что все в ней спорно и гадательно, и чувствует, что гибнет. А поскольку жить как раз и означает чувствовать себя гибнущим, только признание этой правды приводит к себе самому, помогает обрести свою подлинность, выбраться на твердую почву. Инстинктивно, как утопающий, человек ищет, за что ухватиться, и взгляд его — трагический, последний и предельно честный, поскольку речь идет о спасении, — упорядочивает сумятицу его жизни. Единственно подлинные мысли — мысли утопающего. Все прочее — риторика, поза, внутреннее фиглярство. Кто не чувствует, что действительно гибнет, тот погибнет обязательно — он никогда не найдет себя, не столкнется со своей подлинной сутью.

Герой — тот, кто хочет быть самим собой.

Человеческая жизнь — не случайная цепь событий, а скорее стремительная и напряженная драма, развивающаяся по определенному сюжету. Сюжет же состоит в том, что нечто внутри нас стремится к самореализации и ведет непрерывную борьбу с внешним миром за свое существование...

Одичание — это процесс разобщения.

Масса — это множество людей без особых достоинств.

Цивилизация не дана нам готовой, сама себя она не поддержит. Она искусственна, требует художника, мастера.

Жизнь существует постольку, поскольку существует жажда жить еще и еще.

Поэзия сегодня – это высшая алгебра метафор.

Подражая кому-то, мы только острее переживаем собственную ущербность, неподлинность.

Ничтожна та жизнь, в которой не клокочет великая страсть к расширению своих границ.

В отличие от ненависти, любовь связывает нас с вещами, даже если это всего лишь мимолетная любовь.

Жизнь — это прежде всего хаос, в котором ты затерян.

Упадок старого, вызванный ростом нового и молодого, — это признак здоровья.

Судьба демократии при любой ее форме и развитости зависит от мелкой технической детали — процедуры выборов. Остальное второстепенно.

Под поверхностью всей современной жизни кроется глубочайшая и возмутительнейшая неправда — ложный постулат реального равенства людей.

Неприкаянная, невостребованная жизнь — больший антипод жизни, чем сама смерть. Жизнь — это обязательство что-то совершить, исполнение долга, и, уклоняясь от него, мы отрекаемся от жизни.

Меньшинство — это совокупность лиц, выделенных особыми качествами, масса — не выделенных ничем.

Жизнь лишь тогда неподдельна, когда всё в ней вызвано насущной и непреложной потребностью.

Массовое мышление — это мышление тех, у кого на любой вопрос заранее готов ответ, что не составляет труда и вполне устраивает.

Банальности — трамваи мышления.

Сейчас «истинному европейцу» предстоит решать задачу, над которой бьются австралийские штаты, — как помешать диким кактусам захватить землю и сбросить людей в море.

Жанр в искусстве, как вид в зоологии, — это ограниченный репертуар возможностей.