Испанские шахматы

Любовь нельзя измерить. Когда любишь человека, то любишь и каждую мелочь, которая его окружает.

Перед истинной красотой все бессильно. Это как природный алмаз: на вид – невзрачная сероватая стекляшка, внутри которой заключен колдовской блеск. Отмой, ограни, отшлифуй – и засверкает!

Ненавидеть оказалось неизмеримо труднее, чем любить...

Все исчезло, уступив место любви, которая взошла на руинах отчаяния и боли, – прекрасный чистый цветок, непорочный, как в день творения.

Ничто не исчезает бесследно. <...> Особенно сила чувств. Она растворяется в несущихся по небу облаках, в напоенном свежестью воздухе, в сердцах незнакомых людей, в темноте ночей и молчании звезд...

За все в жизни надо платить… и не роптать.

В самой жизни кроется смерть, именно это придает ей неповторимую и мимолетную прелесть. Наверное, цветы так хороши, потому что их век короток. Представляешь, если бы их высекали из камня и мы были бы обречены любоваться ими вечно?!

Любовь побеждает все: время, беспамятство и даже смерть.

Вины не существует. Бриллиант не виноват в гибели дерева. Это просто процесс рождения света.

Что движет жизнью? Кто ведет сию нескончаемую грандиозную партию? Кто тот незримый властелин шахматной доски и фигур на ней? Виртуозный гроссмейстер-невидимка… или каждый из нас?

Есть люди, любящие вскользь, поверхностно, не опускаясь в бездну собственных чувств, – они легко принимают разлуку, пускаются на поиски новых приключений, легко меняют партнеров. Есть люди, которые любят самоотверженно и преданно, отрекаясь от собственных желаний во имя предмета своей страсти, готовые многое положить на сей священный алтарь. Есть такие люди, как Ольга, им всего и всегда мало, они стремятся в недостижимые дали, тоскуют о любви необыкновенной, всепоглощающей, которая сжигает их, как жадное, голодное пламя пожирает сухой хворост, оставляя после себя лишь невесомый, летучий пепел. Этот живой костер красив и опасен: жарко горя, он образовывает выжженное пространство, где нет места ни цветку, ни травинке.пламя пожирает сухой хворост, оставляя после себя лишь невесомый, летучий пепел.