Роберт МакКаммон

Вся магия похожа на ошибку. Люди видят то, что они хотят увидеть, и слышат то, что хотят услышать.

— Даже самая бесполезная вещь может стать прекрасной, — сказала она. — Она лишь требует правильного подхода.

Вы действительно верите в то, что Бог видит все, леди? Вы думаете, что ему действительно интересно, проживете вы на один день больше или нет? Что отличает вас от тех мертвых, что мы видели сегодня? Разве Бог не заботился о них?

— Когда-то давно я был оптимистом. Я верил в чудеса. Но знаете ли, что случилось? Я постарел. А мир стал низменнее. Раньше я служил Богу и верил в него всем моим сердцем, до мозга костей, — глаза его слегка сузились, как будто он смотрел на что-то очень далекое через огонь, — как я сказал, это было очень давно. Раньше я был оптимистом, а теперь... Думаю, я стал оппортунистом. Я всегда хорошо мог судить, куда дует ветер, и должен сказать, что теперь сужу о Боге, или о силе, которую мы принимаем за Бога, как об очень-очень слабом. Гаснущая свеча, если хотите, окруженная тьмой. И тьма смыкается.

Это хорошо: иногда воображение может стать самым лучшим укрытием, когда дела идут совсем неважно.

Если кто-то умирает, он должен стремиться к дому, туда, где он кого-то любит, чтобы умереть там, вы так не считаете?

«Хотел бы я снова стать ребенком», подумал он, в то время как люди за столом смотрели на него. «Боже милостивый, я больше не хочу править страной».

Дисциплина и контроль делают человека мужчиной.