Алексей

А этот парень… он мой родственник из Твери. Он недавно после армии. Я его совсем не знал. Родственники попросили… Он неплохой… – Он очень плохой! – перебил я Гришу. – Может быть, он потом будет хорошим, но я не педагог, и заниматься его воспитанием – не наше с вами дело.

— Откуда здесь казаки? — Прискакали, Слав. Двести лет назад их переселили сюда с Дона, вот и держат они этот город, Чапель или Чапельник, как его там зовут. — Слушайте. а ведь шашкой это не больно? Да? Чего там. Раз и всё... — Да ладно, я уверен они цивилизованные люди. Или нет? — Кому — кому, а тебе Мусик, они смерть придумают стра-а-ашную! Люту-ю! — Слушайте, может не будем выступать? — Исключено, это десять процентов электората. Ты что! Спокойно, там на пристани дежурит милиция. Наверное... — Угу, нас ещё и дубинками поколотят...

— Хорошая песня. — Только нам не подходит. — Да ладно, кто там в провинции будет вслушиваться. — С козлами не играю... Я вас не выбираю... выборы, выборы, кандидаты — пидоры! — Саша, что это такое? — Ну поют же про выборы... — Скажите пожалуйста, а нельзя ли эту последнюю фразу, взять и выбросить? Да? — Да ты чё, ради неё всё и писалось! — Вот такая песня. Молодцы. Супер. Саша, хорошую песню подобрал... — Понял. В Ярославле ссадим!

— Ну я что, виновата? Я тебе телефон давала в пять утра. Мы ж радионщики. а не пиаристы. Вот у меня Иннокентий Бутусов и Иннокентий. святой отец. И оба на четвёрку. — Откуда у тебя вообще телефон священника? — Бред. Как вы вообще собирались выступать? Пять раз по десять минут. — Проповеди. У меня всё с собой. Кадило, молитвенник, Клобук даже есть, парадное облачение... — А ванна зачем? — Какая же это ванна, сынок? Это купель. Я и петь могу. Вот у меня даже балалайка есть. — Бред. Паноптикум. Поп в ванне, играет на балалайке. В купели. Ну рубли, за паноптикум с балалайкой в ванне — это недорого.

Я встретил девушку, которая не боится жить. Которая перевернула меня с ног на голову, а потом ядерную бомбу внутрь бросила. Почему я должен жить так, как будто этого не случилось?

Тактика и стратегия. В любом поединке это половина победы. Остальное мелочи, но в бою нет мелочей, который не важные. В схватке любая важная деталь — половина успеха, а таких деталей в ней уйма.

Спасай своих. Если таковых нет – себя. Любой ценой. Никто другой об этом не позаботится.

Женщина же, истинная ЖЕНЩИНА, боевая подруга, прикрывающая спину воина, тоже сама по себе оружие, но совсем другое. Не колющее, не режущее и не рубящее, а притягивающее и завораживающее, лишающее разума и осторожности. Защитить от него не может даже самая крепкая броня — одни лишь опыт и здравомыслие. Холодный рассудок, если угодно. Те, у кого их нет, перед женским оружием бессильны, как овца под ножом забойщика.

Ты же сотник, боярин, воевода, неужто не знаешь, что не оценить мужа по достоинству — хуже, чем обмануть? Постоянно напоминать о недостатках, которые исправить невозможно, — медленно убивать!

Не хочешь, чтобы врали,  — не спрашивай.

— Действуй! — кивнув на пруд, скомандовал Алексей. — А там пиявок нет случайно? Или змей? — Нет. — А лягушек? — Ты и их боишься? — Ну-у-у… — Шагом марш в воду, Вельская! — приказал «кот» и, усмехнувшись, добавил: — Тоже мне — ведьма! Лягушек она со змеями боится, ну-ну.

Хорошее всегда хорошим отзывается.

Хороший глаз должен все видеть. Когда правду говорят — видит. Когда правду скрывают — видит. Умный язык про все молчит.

Когда я дочитал книгу и отложил её в сторону, за окном начинало светлеть. Ночь прошла, а я и не заметил.

— Вина? — спросила Аглая, показав на оплетённый травой небольшой кувшинчик. — Могу только налить даме, сам сейчас не стану, — отказался я. — Мне лучше воды. Нет, днём и на жаре алкоголь даже в в самых малых дозах не могу, как-то плющит от него потом.

Точно, на дерево надо. Не полезут они на дерево: не умеют. Не должны уметь. Откуда им уметь? Это я умею, я от обезьяны произошёл, а они — нет. Они от какой-то сволочи произошли.

Что такое полет мотылька? Беспорядочное движение лишенное всякой логики — так думает большинство людей. А мотылек живет всего два дня, и за это время он должен все успеть. Все... Поэтому он летит неровно, ибо ровная дорога не есть путь...