Борис Иванович (Борюсик)

— Ты знаешь, говорят, на Востоке мужчина должен иметь две жены. Ну у них, там. Одна жена для ну... для этого... а другая приблизительно для... — А ну-ка, немедленно переляг «валетом»! Нет! На пол! И быстро!

Ну я виноват, конечно... но я ушёл где-то по большой любви. Понимаете?

Я из Москвы приехал. Я нервный.

— А ты знаешь, что мне предлагают повышение. Как ты думаешь, пойти или нет? — А? Иди на повышение. — Но это ответственность, заботы... А? — А? Не иди на повышение. — Но всё-таки заместитель, я об этом давно думал... А? — Не иди на повышение. То есть, иди на повышение. Ну да — иди на повышение. Мужчины вообще должны делать всё так, как они хотят, как им взбредёт в голову. И ни о чем не думать.

— А между прочим, Наташа сегодня придёт в гости к нам. — Лгёшь! — Не лгёшь, а лжёшь. — Врёшь! — Запомни, я никогда не вру, я не имею такую привычку.

— А знаешь, Борюсик, за что я тебя полюбила? — Человек никогда не может знать — за что. — Нет, я точно знаю за что. За красоту! <...> — А-а-а... За душевную! — Нет. За красоту снаружи... <...> А какой профиль? У тебя же гордый профиль! — Ну, в профиль я себя не вижу. А может, он гордый?

— Скажите, пожалуйста, вторая сторона с вашим заявлением согласна? — Кто, она? А вторая сторона — это ты? — Да, я! — Марина, зачем тебе соглашаться или не соглашаться? Я кругом виноват... Ты понимаешь в чём дело, Марина? Я беру на себя все расходы! — Значит так, расходов никаких не будет! Ясно? И согласия на развод я тебе не дам! В суд обращайся! А я на одно заседание не приду, на другое заседание не приду, и на третье не приду, и всё — по уважительным причинам! А суд уважительные причины — уважает! — Имей самолюбие, ты же хорошо знаешь, что это неприлично!

— Это не трогай. Это ты мне подарил. — Я не трогаю, я поправляю. Ведь она совсем упала! [Борис поправляет картину на стене]

— Смотри не надорвись! Зачем ты ей будешь нужен, надорванный? — Держишь фасоны, да? — Да, держу! Только не фасоны, а фасон. Сколько лет живешь в Москве, не научился правильно говорить. Эх ты! — Русский язык такой богатый, а я человек бедный.

— Марина, можно сказать, я погиб. — Ты погиб? В каком смысле? — Мне понравилась посторонняя женщина. — Женщина? Что значит — понравилась? — Значит, она понравилась мне как ну... женщина. Понимаешь? — Послушай, я волнуюсь, у меня ответственная работа, у меня тридцать второй брак по счёту, я тридцать второй раз волнуюсь, а ты приходишь и, извини меня, какие-то пошлости говоришь! <...> Борис, возьми себя в руки, это минутная слабость. — Какая минутная? Это март, апрель, май. Это трёхмесячная слабость! — Постой... А ты что с ней...? Ну... ты с ней..? — Что ты имеешь в виду? — Да? — Не понимаю, что — да? — Ну ты с ней... Ты с ней был? — Как можно так!... Марина, не надо так грубо... неудобно... Конечно, был. — Тише... Какая гадость!

Я хочу простую человеческую котлету за 12 копеек!