Даниэль «Дэни» Дункан

— Я заглянула в его речь, он не будет тебя оскорблять, он будет говорить о тебе только хорошее. — Это подстава. Он выставит себя с лучшей стороны. Он просит тебя говорить о нем плохое, а потом выходит и подставляет вторую щеку. — И он весь из себя пахнет розами перед боссом, а ты пахнешь тем, чем эти розы удобряют!

— Оскар, я послал Айзену копию твоей речи и ему не понравилось — Что? Да там же одно подхалимство! — В этом-то и проблема. Вы ж соперники, ему нужна ирония, подколы. — Ему нужна ирония? Например, как «волосы покидают его глупую голову»? — Да и потом он ответит тебе своими шуточками. — О, что «лицо Оскара создано для радио»?

— Несмотря на то, что я не хочу говорить хорошее об этом клоуне, речь получилась отличной. Есть только пара замечаний. — Валяй. — Видишь, тут, когда мы говорим: «Рич Айзен хороший человек, который делает хорошие вещи». — Ага. — Можно убрать слово «хороший»? — Ты хочешь, чтобы было: «Рич Айзен человек, который делает вещи»? — Да, так лучше. ... Итак, я зову Айзена Ричем, в своей речи, а мы точно уверены, что его никто не называет «чмо»?

— Феликс, откуда ты это все знаешь? — О, это хобби. Кто-то вяжет, а я читаю медицинские журналы... и вяжу.

О, интересно, кто откроет дверь? Загруженная ассистентка, которая собирает тебе стул или прелестная принцесса-босс, который не поднимет свой зад?

Люблю мужчин, которые носят шляпы, они непохожи на хипстеров, которых хочется ударить.

Настоящий мужчина всегда отвечает на звонки мамы.

— А теперь, знаешь, что? Маковые зернышки. Неуловимые дьяволята. Я принесу пинцет. — А знаешь, люди падают с балконов. — С завидной регулярностью.

— Я засунул свою почту в ее ящик, чтобы заставить ее прийти ко мне. — О, все настоящие истории любви начинаются со слов «засунул» и «заставил».