Древень

Сегодня я поговорю с Изенгардом языком дубины и камня! За мной, друзья! Энты вступают в войну. Возможно, мы обрекаем себя на гибель, и это будет последний поход энтов.

— Многие из этих деревьев были моими друзьями, я знал их ещё семенами и желудями. — Я сожалею, Древень. — Все они были живыми. Саруман!... Кому как не волшебнику знать это? За такое предательство не сыщется проклятье ни на эльфийском, ни на энтском, ни на людском языке.

Мы никогда не разговариваем, если дело не стоит того времени, чтобы об этом сказать.