Эбенизер Скрудж

Нет на свете участи хуже и унизительнее для меня, нежели презренная бедность.

Не буду скупиться: ведь на тот свет денег с собой не взять.

– Слыхали! – сказал Скрудж. – Повеселиться на святках! А ты-то по какому праву хочешь веселиться? Какие у тебя основания для веселья? Или тебе кажется, что ты еще недостаточно беден? – В таком случае, – весело отозвался племянник, – по какому праву вы так мрачно настроены, дядюшка? Какие у вас основания быть угрюмым? Или вам кажется, что вы еще недостаточно богаты?

— Вы небось завтра не намерены являться на работу? — Если это вполне удобно, сэр... — Это совсем неудобно! И недобросовестно. Если я удержу с вас за это полкроны, вы сочтёте себя обиженным, но вам не приходит в голову, что я могу считать себя обиженным, когда плачу вам жалование даром. — Такое бывает раз в году, сэр... — Слабое оправдание, для того, чтобы каждый год, двадцать пятое декабря, запускать руку в мой карман.

Всё — блажь!

Ну и пусть подыхают. Население и так в переизбытке.