Элизабет Суонн

— Так вот какой ты избрала путь. Он же простой кузнец. — Нет, он пират.

— Я уже не маленькая и давно не верю в сказочки про духов и привидений. <...> — Начинайте верить в сказочки о привидениях, ведь вы теперь в одной из них.

— Говорите, мисс. — Капитан Барбосса, я прошу ограничить агрессию в отношении Порт-Рояла. — О! Такие затейливые слова, мисс, не привычны уху простого пирата. Так чего вы хотите? — Чтобы вы ушли раз и навсегда! — Я вынужден дать отрицательный ответ! У вас всё?

— Прошу, мисс, у вас был тяжелый день. — Я ожидала, что командор Норрингтон сделает мне предложение, но если честно, оказалась не вполне к этому готова. — Нет, я о том, как вас захватил тот страшный пират! — О, вы об этом... Да, было очень страшно.

— Командор, позвольте, я протестую! Пират или нет, но он спас мне жизнь. — Одного доброго дела недостаточно, чтобы искупить все его злодеяния! — Но достаточно, чтобы казнить.

— О! Кто нас предал? — Вряд ли тот, кто сейчас среди нас. — Где Уилл? — Не среди нас.

— Мы и вправду схожи. И наступит момент, когда ты докажешь это, сделав доброе дело. — Люблю эти моменты. Особенно люблю их упускать. — Да, тебе выпадет шанс совершить смелый поступок. Тогда ты кое-что поймешь. То, что ты добряк. — Факты это отрицают. — Я в тебя верю. Знаешь, почему? — Ну что ж, скажи. — Любопытство. Тебя так и потянет. Вызвать восхищение и получить вознаграждение. Не сможешь удержаться. Захочется узнать.

— Нас многое роднит. И меня, и тебя. Нас. — О да, пожалуй. Если только исключить честь, совесть и моральные устои. И любовь к чистоте.

— Джек, неужели ты не врешь? — Я душой не кривлю.

— Кто может променять жизнь человека на корабль? — Пират.

— Говорят, такие в моде в Лондоне. — Видно, модницы Лондона обходятся без воздуха.

— Будете обедать с капитаном. Он просил надеть это. — Передайте капитану, что я склонна дать отрицательный ответ. — Он это ожидал и сказал, что в таком случае вы будете обедать голой с матросней.

— Вы тоже считаете, что долг, честь и вся остальная ерунда больше не в чести в этом мире? — А что в чести? — Одни лишь деньги. Власть. Могущество.

— Я в тебя верю. В вас обоих. Где же искать его? — Тортуга. Начну с неё и буду искать Джека, пока не найду. И сразу кинусь сюда, чтобы жениться. — Поспешишь? — Если ты захочешь стать моей. — Я стала бы твоей, если бы не решётка. Я подожду. — Не своди глаз с горизонта.

— Я ищу того, кто мне мил. — Я польщен, но море — моя единственная любовь. — Я про Уильяма Тёрнера, капитан Воробей.

Пираты ждут, что мы на Чёрной жемчужине поведём их за собой! И что они увидят? Жалкую посудину с перепуганными крысами. Нет! Они увидят свободных людей и свободу, а враг увидит вспышки наших залпов, услышит звон наших стальных клинков и наконец поймёт, на что мы способны. Мы обретём её трудом и потом! Силой, данной нам! Сердец отвагой. Господа, поднять флаг!

— Мужчин влечёт к себе море, хоть и таит в себе много опасностей. — Иные мужчины полагают, что страсть оправдывает их преступления.

— Сяо Фэнь мёртв! Он пал жертвой Голландца! — Теперь ты капитан? Нынче назначают кого ни попадя!

— Так это и есть твоя тайна? Твое грандиозное приключение? Ты три дня валялся на пляже и хлебал ром? — Добро пожаловать на Карибы, моя любовь.

— Если ты всё решаешь без меня, как тебе доверять? — Никак...

— Да, теперь мы вконец потерялись! — Что? — Конечно, чтобы обнаружить место, найти которое невозможно, нужно потеряться! Иначе все бы знали, где оно находится.

— Вы не знаете, что это такое? Верно? — Пиратский медальон. — Это ацтекское золото, одна из шестисот шестидесяти трёх бляшек, что индейцы отнесли Кортесу как выкуп... выкуп за кровь, доставленный с надеждой положить конец расправам. Но алчность Кортеса была неутолима, и тогда языческие боги придумали страшное проклятие. Любой из смертных, кто возьмёт хоть одну золотую бляшку, обречён на вечные муки.

— Интуиция и знание женской натуры говорят мне, что ты в раздумьях. — Не думала, что свадьба сорвётся... Так замуж хочется.

— Барбосса, пожени нас. — Не могу, я сейчас немножко занят. — Барбосса, немедленно. — Ну ладно. Дорогие мои, мы собрались здесь сегодня, чтобы пригвоздить твои кишки к мачте, мерзкий сифилитик!

— И ром сожжен? — Да, во-первых, это самое гадкое пойло, которое даже самых воспитанных людей превращает в животных. Во-вторых, такой сигнал будет виден издалека, английский флот уже ищет меня! — Да, но ром-то за что?