Цитаты на тему «смертная казнь»

— Я должен отвести мистера Пумбу не на казнь, а на женитьбу. — А есть разница?..

— Первый, глупый поросёночек хрю-хрю-хрю... — Реви, я сказал, чтоб они нам не мешали, а не играть с ними. — Датч. Они видишь, какие спокойные и даже не дышат.

Скажите всем и каждому, что еще до заката у нас будет свадьба! Или повешение. В любом случае — повеселимся!

Что тут, чёрт подери, смешного?! Даже ты не стал бы смеятся на собственных похоронах!

— Артур, вы должны остановить казнь. — Я не могу, Гвен, ты знаешь. — У Мерлина есть доказательства, что Гаюс невиновен. — Отец вынес приговор, я ничего не могу поделать. — Вы можете поступить правильно. Вы можете поверить верному другу. Или будете смотреть, как казнят невиновного? С моим отцом так и было, вы хотите, чтобы это произошло снова? И не смотрите на меня так, я не забыла, что я всего лишь служанка, но я думала, что вы настоящий принц!

Рассуждения на тему «самой гуманной казни» так глупы. Ведь казнь – это уже казнь, иными словами, убийство, а убийство не может быть гуманным. Некоторые люди поражаются пытками, проводимыми в Средние века, но забывают о существовании смертельной инъекции, расстрела и электрического стула. Пожизненное заключение – не менее жестоко. Я не оправдываю преступников, я вообще считаю, что невозможно проявлять гуманность по отношению к человеку, убившему – не важно – одного, двух, трёх, десять или шестьдесят людей. И я не понимаю протестов, связанных с методами смертной казни в США, так как сам преступник не задумывался о том, «как бы гуманнее ему умертвить его жертву». С убийцами нужно поступать по всей серьёзности закона, без всех склонностей человека к «сердечности» и «милосердию».

— Веревка теперь наша, кто же нас повесит? <...> — Никто тебя не повесит, Томми, ты сам повесишься.

Смертную казнь переоценивают. Быстрая смерть не наказание, я предпочитаю пожизненное, чтобы видеть как жизнь медленно покидает твои глаза.

Я в любое время могу казнить пойманного, но сбежавшего нам никак не достать.

Они используют наивных детей, чтобы втереться к нам в доверие и захватить наши земли. Но им не сдобровать. Их петля будет стянута вокруг их же шей. Они все будут висеть на виселицах.

— Признаешь ли ты наконец свою вину и попросишь о милости? — Я ничего не попрошу ни у вас, ни у других мужчин. Мужчины обвиняли меня, осудили и теперь мужчины меня убьют. Мужчины всю мою жизнь затыкали мне рот. Но прежде, чем меня казнят, я наконец смогу сказать: вы вор сэр, ведь вы похитили этот мир. Вы убийца, ведь вы убили его мечты. И вы, сэр, настоящая шлюха, ведь вы продали свою душу за мешок золота.

Прошло первое утро, первый день, затем первая смена. Время вбирает в себя всё, время уносит прошлое всё дальше, и наконец остается только темнота. Тьма. Иногда мы кого-то находим во тьме, иногда снова теряем. Вот всё, что я знаю, и случилось это в 1932 году, когда тюрьма, находившаяся в ведении штата, ещё располагалась в Холодной горе. И электрический стул, естественно, тоже.

Пожалуй, в этом и заключалась самая большая трагедия: Старая Замыкалка никогда не сжигала то, что сидело у них внутри, как и нынче инъекции не отправляют это нечто в глубокий сон. Оно уходит, чтобы вселиться в кого-то ещё, позволяя нам убить оболочку, которая по большому счету и так не живая.

Мы проработали бок о бок пять лет. Достаточное время для двух мужчин, чтобы притереться друг к другу, если работа у них особая: отбирать у людей жизнь, выдавая взамен смерть.

— Тот, кто убил, заслуживает смерти. — Чепуха. Это не вернет мертвого к жизни. А общество, прибегающее к убийству, само становится убийцей. А сейчас у тебя вообще отвиснет челюсть. Высшая мера наказания не останавливает рост преступности, это доказанный факт. Насилие порождает насилие, убийство порождает убийство.

— Значит, клятва принца кровь ничего не стоит? Я поверил его слову, а он отправляет меня на эшафот. — Не следует доверять великим мира сего, господин маркиз, они играют нашими жизнями.

Бедный Транш-Монтань! Но вы не переживайте, мы будем оплакивать его и лишь потом повесим.

За короля! После монаха будет король? Почему бы нам теперь не убить короля? Маркиза будет добра распорядиться! Каламбреден, ты самый могущественный, даже банда Родогона, банда цыгана дрожит перед тобой, когда Большой Коэр умрет ты станешь единственным вожаком, настоящим! Если тебя не повесят в ближайшее время, как и всех нас, на виселице в Монфоконе! Потому что с тех пор, как она здесь, творится черт знает что. Все мы будем болтаться в петле, как ангелы, ради прекрасных глаз маркизы!

— Так или иначе, Пейрака сожгут на Гревской площади. — Но он невиновен! — Сколько невиновных взошли на эшафот?

Я особой толерантностью не отличаюсь. Иногда я даже готов поддержать смертную казнь.

— Командор, позвольте, я протестую! Пират или нет, но он спас мне жизнь. — Одного доброго дела недостаточно, чтобы искупить все его злодеяния! — Но достаточно, чтобы казнить.

— Скажи мне, Пол, если я начну копать под твоим прудом, в смысле серьезно копать, я её там найду? — Ладно, преимущество на твоей стороне, Джек. <...> Ты даже не представляешь ту боль, которая у меня внутри. — Хах... — Нет, погоди, дослушай меня! Дай я скажу. Есть идея для сделки — полное признание. Я опишу все детали, все о каждой из жертв. Вспомню подробности всех преступлений, всех. У меня очень хорошая память. Я набью дело до отказа и перевяжу сверху бантиком. Только не инъекция! Заприте меня в психушке, что угодно, но только не инъекция! Я заслуживаю жить с этой болью. — Я давал тебе шанс. Хватит. — Нет, послушай, ты должен мне! Это я решил подвезти тебя на дороге, иначе твоя операция провалилась бы! Мое решение, моя идея, это была моя история! Тебе что, этого мало? Похоже, что так. Я отдал тебе все это. Оставь мне концовку. — Моя мне нравится больше.

— Кто вы? — Священник. — Вы готовы? — К чему? — К смерти? — Скоро ли это будет? — спросила она. — Завтра. — О, как долго ждать! — пробормотала она. — Что им стоило сделать это сегодня?

На каждого мудреца — девять грамм свинца.

— ... Что там такое происходит? — Окапываются, ваше высочество. — Окапываются... Немедленно начинайте молниеносную войну, по разработанному кем!? — Вами. — Мной плану! — Будет сделано, Ваше Высочество. — Пленных на тёрку! Зачинщиков на эту... — На мясорубку [после этих слов убегает] — Лимоны! Лимоны, я с вами! Вперёд, лимоны! [пятится назад] Держите меня! Не пускайте в атаку! Держите! Закрывайте, болваны!