Цитаты на тему «признание»

Когда мне было трудно, я думал: «Дебора есть, она живёт в мире, она существует!» Знаешь, как это было важно для меня?..

Мы смеялись и плакали вместе. Те простые эмоции, кажется, они были всем для меня. И если бы мне выпал шанс вновь встретиться с тобой, то смотря в глаза, я бы сказал, что скучал по тебе.

С тех пор, как мы признались, что любим друг друга, ты постоянно спрашиваешь себя, — почему я не решаюсь прибавить «навеки». Почему? Потому что я угадываю будущее и потому что вообще склонен к антитезам. Всегда, когда я вижу ребенка, то думаю о том, что он состарится; когда я вижу колыбель, то вспоминаю о могиле. Когда я смотрю на женщину, мне представляется ее старческие мощи. Радостные картины наводят на меня грусть, а грустные мало меня трогают... Я слишком много страдаю в глубине души, чтобы еще проливать слезы; прочитанное волнует меня сильнее, чем действительные страдания.

— Тот факт, что тебя не печатают, не означает, что ты плохой писатель. — Напомни мне об этом, когда я буду подавать тебе кофе.

— Я тебе полностью доверяю, поэтому я тебя и использовал. — Ты любил Этельстана. Ты любил Рагнара Лодброка. Ты любишь Юдифь... А меня ты любишь, отец?..

— Она смогла поговорить об этом? — Нет, ей еще очень больно. Я не уверена, что она вообще сможет. Может, она когда-нибудь скажет папе. — Ужасно, когда внутри тебя находятся такие слова и приходится говорить их другому.

— Ох, Джейми, я тебя ужасно люблю! И тут настал его черед смеяться. Он перегнулся чуть ли не вдвое, потом уселся на обочину, обуреваемый весельем. Медленным движением откинулся назад и улегся на высокую траву, задыхаясь и взвизгивая от смеха. — Что это с тобой? — уставилась я на него. Отсмеявшись, он сел и вытер глаза. Бурно дыша, тряхнул головой. — Мурта был прав насчет женщин. Англичаночка, ради тебя я рисковал жизнью, я совершил кражу, поджог и нападение, да еще и убил человека. В награду ты изругала меня, унижая мое мужское достоинство, пнула по яйцам и расцарапала мне лицо. Потом я избил тебя до полусмерти и рассказал тебе о самых унизительных для меня вещах, какие со мной случались, и ты говоришь, что любишь меня.

Есть лишь одна непобедимая вещь — это любовь. Просто посмотрите на тех, кто с вами рядом, скажите, что любите их просто за то, что они есть.

Я люблю тебя. Сама того не зная, ты давала мне силы жить в самые трудные моменты моей жизни.

— Мне нужно знать, кто заказал Эдварда Мортона, моего друга, американского посла в Македонии пятнадцать лет назад. Я хочу знать, кто тебя нанял. Мне нужны имена. — Не нужны. Тогда ты превратишься в меня. Тебе придется прятаться до конца своих дней. — Знаешь, я все же рискну.

— Ты, значит, умереть пытался? Поэтому велел Роджеру с Иеном отнести тебя сюда? — Это бы я сделал без труда. Тяжелее было не умереть. Да, пускай я и собрался умирать, но это было до того, как я принял решение. Когда я понял, что сердце замедляется, а боль все дальше и дальше, из моего тела ушла лихорадка, а разум прояснился, я увидел... — Что ты увидел? — Это была даже не совсем дверь, что-то вроде коридора. Я мог бы пройти через него, если бы я захотел и я хотел. Но еще я знал, что остается позади, тогда я понял, что у меня есть выбор пойти вперед или вернуться назад. — Тогда ты и попросил прикоснуться к тебе? — Я знал, что только ты сумеешь вернуть меня. — Почему ты решил остаться? — Потому что я нужен тебе. — Но не потому что любишь меня? — Умру ли я или ты, вместе мы или порознь, я всегда буду любить тебя.

— Что случилось у могавков? Если хочешь, можешь рассказать мне. — Я не могу сейчас сказать правду. У меня нет нужных слов.

Я люблю тебя, Джокаста Маккензи. Мир может меняться, но это не изменится никогда.

Рождались звезды, зорька догорала, Умолкло море, роща задремала. От знойных грез кружилась голова. Немая ночь меня околдовала, Я говорил безумные слова. Я был измучен долгим ожиданьем, И ты пришла, и я молчать не мог... Не верь, дитя, ни взглядам, ни признаньям! Сожжет своим дыханьем Моя любовь твой розовый венок.

Как ужасно — слышать признание в любви и сознавать, что им просто заполняют тишину.

Победе необходимо общественное признание, поражению – личное.

УСПЕХ – достижение или шаг к нему, положительный результат, общественное признание чего-либо или кого-либо. * Успех – решительный мужик, удача – ветренная дама. * Короля делает свита, а кумира – реклама. * Успех – переходящий приз.

Признавшись в трусости, становишься храбрее.

— Ты не хотела говорить последнее, да? — Нет. — Ого, ты первый раз призналась в любви, а я даже не настоящий!

Иногда, по ночам, я полз сюда как краб в лунном свете, чтобы посидеть на твоем троне. Мое сердце наполнялось ненавистью. Я пытался заставить свои никчемные ноги ходить, чтобы найти тебя и сказать, как сильно ты мне нужен!... и как я тебя ненавижу...

— Что между тобой и Суа? Вы уверены, что вы друзья? — Просто... Мне нравится Суа. — А к Исо, ты когда-нибудь испытывал чувства? — Нет, ни разу. Она мой друг и партнер. — Исо? Ты плачешь? — Черт возьми, это унизительно. — Исо, подожди. Что на тебя нашло? — Отпусти меня. Ты сказал, у тебя нет чувств ко мне. — Что с тобой? Ты умная девушка, так почему ведешь себя как ребенок? Ты в порядке? — Я люблю тебя. — Исо, ты просто запуталась. Мы ведь как семья и ты решила... — Я не запуталась. Я никогда не думала о тебе, как о семье. С самой первой встречи и до сих пор, мои чувства — единственное, в чем я уверена. — Исо, я старше тебя на десять лет. Все ведь шло так хорошо, мне еще много предстоит... — Хватит. Все проще: я тебе не нравлюсь. Разница в возрасте, работа и так далее — это просто оправдания. Это последнее, что я хочу услышать от тебя. Достаточно лишь одного слова... этого никогда не случится, да? — Да. Не нужно меня любить.

Эти слова говорят лишь раз, но помнят всю жизнь...

— Мы с тобой должны... ну, знаешь... типа расстаться. — Нет. — Нет? — Люцифер, я знаю, что ты делаешь. Ты напуган, тебе уже делали больно, но не волнуйся, хорошо? Я клянусь, что никогда, никогда-никогда тебя не брошу, знаешь почему? — Удиви меня. — Я тоже тебя люблю. — Вот дерьмо...

Знаешь, чем потрясающе ваше поколение? Вашей одержимостью катарсисом. Это так самовлюбленно... Я даже назвала бы это «катарсисизмом», когда почему-то, признавшись в чем-то публично, ты автоматически получаешь прощение.

— На стороне Морганы магия. — А на твоей любовь народа.