Элла Лопес | 28 цитат

— Ты знаешь, что я поддержу. Ты не одна. — В том-то и дело, я никогда не чувствовала одиночество — у меня всегда был Господь. Мне его не хватает. Я так разозлилась после того, что случилось с Шарлоттой. — Я тоже злился, очень сильно. — Это чересчур. Но неправильно с моей стороны верить, только если все хорошо и вокруг скачут единороги. Я не думаю, что останавливать плохих работа Бога. Мне кажется, Он существует, чтобы придавать нам сил жить дальше.

— Итак, насчет... — Да, я хотел... — Я тоже... — Это было... — Совершенно... — Ну, знаешь... — Мы коллеги... — Пересекли черту... — Пересечением тел. — Да. Не стоило нам. — Да, не стоило. Я так рада, что мы обсудили это как взрослые.

Вот так всегда, тот, кому доверяешь и не ждешь подвоха — больше всего ранит. Ждет, когда расслабишься, а потом раз! У меня это текила...

Святые бананчики!

Через что бы ты не проходил сейчас, я уверена — это часть Божьего замысла, ведь даже самые жалкие и невезучие, беспомощные существа служат какой-то цели. <...> Никогда не знаешь, когда твоя запредельная боль или унижения окажутся полезны другим. Неисповедимы пути Господни, так что нужно верить, что когда Бог бьёт тебя по яйцам, у него есть на то причины.

— О, чудненько. Так пока ты тут работаешь, я поеду к детективу. О, и не забудь… — Да, никому не говорить про твою супер жуткую не могильную могилу. Поняла.

— Ты же новенькая, верно? — А. Привет. Ага. Элла Лопес. Меня перевили всего пару дней назад. А ты гражданский консультант детектива Декер? — Люцифер. Денница. — Круто. — Я ожидал другой реакции, учитывая твой выбор побрякушек. — Ооо. Чувак. У меня есть друг по имени Адольф. Сечёшь? Меня это особо не парит. К тому же, у Дьявола подпорченная репутация. — Да? Ты же не шутишь? — Нет. Ну что такого ужасного он сделал? Бунтовал против папы? Спросил голую тётку, хочет ли она яблоко? — Прямо сердце радуется, продолжай. — Думаю он и правда рулил Адом. Не то чтобы это круто пытать души и обрекать на вечные муки. — Я в отставке. Кроме того не я создал Ад. Я просто там работал. — Ты сейчас говоришь от первого лица. Стой, похоже ты… — Дьявол. — … фанат Станиславского.

Ты не знаешь, каково говорить кому-то правду и видеть в его глазах жалость, будто ты сумасшедшая. И если мои друзья так на меня посмотрят, у меня разобьется сердце.

Чужой мусор — сокровищница для криминалиста.

— Ты призрак. — Не хочу быть необъективной, но призраки крутые, а то что ты их видишь — делает тебя особенной. — Начнем с того, что я вижу только тебя.

— Скучаю по Шарлотте. — Я тоже, мисс Лопес. — Не верится, что ее не стало. И что Пирс способен на такое. Знаю, пути господни неисповедимы и что плохое случается не просто так, но плохого так много, что у меня просто не получается найти ему причины. Зачем Он все это сделал? — Сам не верю, что говорю, но я не верю, что это вина моего Отца. Все это время я думал, что Он дергает за ниточки, но я стал склоняться к тому, что мы сами в ответе за все. Хитро, конечно, с Его стороны. Если задуматься, кроме самих себя нам винить некого. — Ну нахрен. Я виню Пирса.

— Не спросишь о подозрительных отпечатках лап? Детектив бы спросила. — Это следы лап Корнелии, мастифа жертвы. Где она — неизвестно. — Понятно. Собака-убийца. Настоящие убийства тебе не доверяют, Дэниел?

— А зачем оставлять орудие убийства? — Может убийца испугался и убежал? Мы уже такое видели. — Да, тоже проделал самый гнусный гад на земле, он же Пирс. — ??? — Да ладно вам, мы же все об этом подумали! — Ну ладно, пора нести туфельки в лабораторию. Будут еще вопросы — вот мой предварительный отчет. — Я пойду с ней, потому что... это очень неловко. Но в душе — я с тобой, приятель. В жопу этого урода!

— Ты его видел или нет? — Не покажете ордер, ни с одной из вас разговаривать не буду. — Я дам тебе два варианта: либо я сломаю тебе руку, либо отрежу... — Мэйз! Просто, у вас есть брат, сестра или кто-то, кто вам дорог и за кого вы будете до смерти переживать, не зная в безопасности ли он сейчас? — Угрожаешь его семье? Хардкор, Эллен.

— Здравствуй, мисс Лопес. Хотела кое-что спросить. Помнишь, ты сказала, что видишь во мне тьму, я пытаюсь разобраться с этим и мне не помешали бы подробности. Где, конкретно, ты ее увидела? Как? Когда? — Ну... прям сейчас. Вот где-то тут. [Шарлотта откладывает нож, который держала в руках] Так лучше. Но над тобой нет радужного нимба, даже когда ты не машешь орудием убийства.

Это же Вегас — этот город всегда вызывает на бис.

— На криминалистике учат вскрывать замки? — Нет, в средней школе научилась.

Обращай внимание на действия, а не на слова.

— Эта, так называемая уникальная программа, якобы делает из плохих детей хороших? — В мои времена такой программой был бабулин сапог — эффективное средство.

— Можно я с вами поеду? Ну... улики собрать. — Ясно, но если он невиновен... — Он не невиновен. — Если он невиновен, то никаких улик не будет, так что лучше тебе потусить здесь. — Я понимаю, что ты хочешь сказать, но на всякий случай, лучше собрать как можно больше всего — отпечатки, пучок волос, автограф...

— Ты убил нашу жертву и спрятал орудие убийства в кукле. — Это не орудие убийства. Это 380-тый, а жертву убили из 9-ти миллиметрового. — Значит, другой пистолет он спрятал в другом месте. Вперед, осмотр простат всем куклам.

— Тело подкинули и оно странное. И не потому, что голова обрита и поджарена во фритюре, этому бедняге все тело кто-то побрил. — Ну, может у убийцы хаэтофобия — боязнь волос. В аду с такими весело, постоянно играемся с париками.

— Тут пароль. Но картинка... тут два глаза? — Женские молочные железы. — Нет, это женский зад с родинками. — Получается, наша зацепка — это глаза, похожие на сиськи и зад.