Гомес Аддамс

— Скажи мне, ты и правда любишь Офелию? — Конечно... если забыть, что я её ненавижу.

— О чём ты мечтаешь? — Впасть в кому.

— Вы не поверите, но мои пчёлы вылетели из коробки! — Какой кошмар! Но как? — Не знаю... [коробка на столе шевелится] Какой кошмар! Вещь! Ты брала коробку? — Вещь, мы ведь говорили тебе не один раз: нельзя трогать вещи других людей! [Вещь жестикулирует] — Нет, извинения тут не помогут. Ты плохо себя ведёшь! — Ты плохо себя ведёшь! — Ты вечно читаешь чужие письма, оставляешь свет в туалете и никогда не думаешь о других. — Мортиша права. Ты — эгоистка! Эгоистка, эгоистка! [Вещь убегает] — О боже. Она обиделась. — Я не был слишком строг? — Нет. Да и потом, Вещь не умеет злиться... [слышен звук бьющейся посуды] долго.

— Браки не по любви — традиция нашей семьи. И пока ни одного развода! — Только несколько убийств...

Наш парень политик старой закалки: он забывает не только свои обещания, но и своих соратников!

Посмотри же, Фестер! Первобытная грязь, зыбучие пески, испарения, ядовитые отходы — все это наше, Фестер! Это твой дом, старина.

Что за глупец я был, что сомневался в тебе! Доктор Пиндер-Шлосс мне всё объяснила. Замечательная женщина, такая холодная.

— Я поняла ваш проблема. Я Вам помогать. Теория замещения... Вы с ней знакомы? — Нет. Тишь? — О, это так интересантно. Я объяснять. — А это мерзко? — Глубоко...

— Итак, ваш брат. Вы его выгонять. «Уходи! Пошёл прочь!» А потом появился маленький чёрный чудовище. — Пагсли? — Нет, чувство вины.

— О, Гомес... Бермудский треугольник! — Дьявольские острова! — Чёрная дыра Калькутты! — Простите нас. — Второй медовый месяц.

— О, Тишь, твой французский! — Уи. [Oui (фр.)] — Кара миа. [Cara mia (ит.)]

— Некоторые думали, что он воплощение зла... — Нет! — Только наши папа и мама. Я называл его братом.

— Ты несчастлива, дорогая? — О, да. Абсолютно!

Мамушка была традиционным танцем семейства Аддамс с сотворения мира! Мы танцевали Мамушку, когда Нерон играл на скрипке! Мы танцевали Мамушку при Ватерлоо! Мы танцевали Мамушку для Джека Потрошителя! А теперь, Фестер Аддамс, эта Мамушка для тебя!

Посмотри на неё. Я бы умер ради неё. Я бы убил ради нее. И то и другое — блаженство!

[Звонок в дверь] — Интересно, кто бы это мог быть? — Это может быть не «Кто», а «Что». — Да ты оптимист!

— Ну разве они не прелестная пара? — Он — мужчина, она — женщина. Идеальное совпадение!

— Но, дорогой, я хочу, чтобы ты был дома, когда соседки придут... Нет, стой. Не хочу. Я знаю, какой эффект ты производишь на противоположный пол. — Иногда это пугает и меня.

— Вы с самого начала хотели взорвать его? — Конечно! Зачем же ещё взрослому мужчине играть с паровозиком?

Ты единственный кактус в цветнике моей жизни.

— Дети, почему вы ненавидите младенца? — Кто сказал, что ненавидим? Мы просто хотим с ним поиграть. — Особенно с его головой.

— Твоя первая сигара. — Что? Я курю с 5 лет. Мама настояла.