Инеж Гафа

– У судьбы на всех есть планы. – И судьба иногда нуждается в небольшой помощи.

– Можешь отплатить мне традиционным способом. – Вафлями? – Горой вафель!

Канальные крысы всегда выживут, как бы вы ни пытались их вывести.

Будьте послушными, или Нина Зеник придет за вами.

– Назовите самый простой способ украсть бумажник. – Нож к горлу? – спросила Инеж. – Дуло в спину? – продолжил Джеспер. – Яд в напиток? – предположила Нина. – Вы просто ужасны, – сказал Матиас.

Инеж оказалась одним из самых удачных вложений Каза. Она обладала талантом оставаться незаметной, что делало ее отличным похитителем секретов, лучшим в Бочке. Правда, тот факт, что Инеж могла так легко исчезать, беспокоил Каза. У нее даже запаха не было. Все люди чем-то пахли. Слабый аромат карболки на пальцах у женщины или дыма в ее волосах, душок намокшего шерстяного пальто, исходящий от мужчины, или порох, которым провоняли манжеты его рубашки, – запах мог поведать многое о своем хозяине. Но только не об Инеж. Она в совершенстве владела искусством невидимости. Да, она была ценным приобретением. Но почему бы ей просто не выполнять свою работу?

– Жадность – твой бог, Каз. Он едва не рассмеялся. – О нет, Инеж. Жадность склоняется передо мной. Она моя верная прислужница и главный рычаг влияния. – Тогда какому богу служишь ты? – Любому, кто предложит хорошую награду.

Люди смеются над богами, пока не нуждаются в них, Каз.

Обычно ему нравилась тишина; честно говоря, он бы предпочел зашить рот большинству знакомых. Но Инеж, если хотела, заставляла чувствовать свое молчание, и это действовало на нервы.

– Выкладывай уже, Призрак. Ее голос донесся из темноты: – Ты никого не послал на Берштрат. – А зачем? – Если Хейлс не успеет… – Никто и не собирался поджигать дом на улице Берштрат. – Я слышала вой сирены… – Счастливый случай. Надо же мне откуда-то черпать вдохновение! – Значит, ты блефовал! Та девушка не была в опасности.

Возможно, ему и хватило глупости встать на пути у Каза Бреккера, но он смог выжить в Бочке, а для этого нужна сила духа. У него был шанс пережить эту ночь. «Помоги ему», – отозвался голос внутри девушки. Ещё несколько минут назад этот здоровяк был её братом по оружию. Ей казалось неправильным оставлять его одного. Она могла бы спуститься и предложить ему быстро покончить с мучениями, и подержать его за руку, пока он будет отходить в мир иной. Или же вызвать врача и спасти его. Вместо этого Инеж прочитала молитву на языке своих святых и начала крутой спуск по наружной стене. Ей было жаль парня, которому придется или умереть в одиночестве, потому что некому утешить его в последние часы жизни, или выжить и провести остаток дней в изгнании. Но ее работа еще не закончена. У Призрака не было времени на предателей.

– Прошу вас, – застонал он. – Я… – Люблю, когда мужчины меня умоляют. Но сейчас неподходящее время.

Девушка присоединилась к Отбросам чуть меньше двух лет назад, сразу после своего пятнадцатого дня рождения. Это был вопрос выживания, но ей льстило, что за столь короткое время она стала той, против кого нужны меры предосторожности. Однако если Черные Пики думали, что эти маленькие хитрости удержит Призрака, то они сильно ошибались.

Он наивно полагал, что споры за территорию можно разрешить тем же способом, что и раньше: короткой потасовкой и дружеским рукопожатием. Но шестое чувство Инеж подсказывало, что это не сработает.