Каз Бреккер | 38 цитат

Вороны запоминают человеческие лица. Они помнят тех, кто их кормил и кто проявлял доброту. А также тех, кто их обидел. Они не забывают. Птицы передают друг другу, за кем стоит приглядывать, а кого опасаться.

Страдания ничем не отличаются от всего другого. Проживи с ними достаточно долго и научишься получать удовольствие.

– У судьбы на всех есть планы. – И судьба иногда нуждается в небольшой помощи.

– Торговцы – идеальные фили. Они богаты и умны. Это значит, что их легко обвести вокруг пальца. – Почему? – Богачам нравится верить, что каждое пенни заработано их трудом, но они забывают, что дело еще и в удаче. Умные всегда ищут лазейки. Способ обыграть систему. – Тогда какого филю обмануть труднее всего? – Самые крепкие фили – это честные. К счастью, у нас такие почти не водятся.

Я вытерпел ножи, пули и бесчисленное количество ударов, все ради маленького кусочка этого города. Это город, ради которого я истекал кровью. И если Кеттердам меня чему и научил, так это тому, что всегда можно пролить немного больше.

– Тебе следовало бы сосредоточиться на работе, но вместо этого ты был слишком занят затаенной обидой. – Вот тут ты ошибаешься. Я не затаил обиду. Я укачиваю ее. Опекаю. Кормлю ее отборным мясом и отправляю в лучшие учебные заведения. Я лелею свои обиды.

Ты слабый не потому, что не можешь читать. А потому, что боишься, что люди увидят твою слабость. Ты позволяешь стыду решать за тебя, кто ты такой.

– Ты высокий, темнокожий и слишком заметный… – Все это синонимы к «восхитительный».

Моя мать – Кеттердам, родившая меня в гавани. А отец – выгода, и я ежедневно его почитаю.

Я бы пришел за тобой. А если бы не смог идти, то приполз бы, и какими бы сломанными мы ни были, мы бы пробили себе путь на свободу вместе – с острыми кинжалами и раскаленными пистолетами. Потому что так мы и поступаем. Мы никогда не перестаем бороться.

– Думаю, Ян был бы красив, не будь он таким старым. – К счастью для тебя, мы живем в мире, где мужчины могут компенсировать свой пожилой возраст несметным богатством. – Было бы неплохо, если бы он был и молодым, и богатым. – Зачем останавливаться на этом? Как насчет молодого, богатого и верного? Зачем довольствоваться купцом, когда у тебя мог бы быть принц? – Да, наверное. Но только деньги имеют значение. Я никогда не видела смысла в принцах.

– Знаете, в чем проблема Ван Эка? – В отсутствии чести? – Он отвратительный отец? – Лысина? – Нет. Ему есть что терять. И он дал нам козырную карту – мы знаем, что красть в первую очередь.

– А кто-нибудь из вас заметил, что все в этом городе ищут, ненавидят или хотят нас убить? – Ну и? – Раньше была только половина, а не все.

Настоящие монстры никогда не похожи на монстров.

Хороший вор как хороший яд. Он не оставляет следов.

– Ван Эк закопает тебя живьем. – Другие уже пытались. Но я всегда возвращаюсь из мертвых.

– Ты не знаешь приемов, – как-то раз сказал ему один игрок в «Серебряной подвязке». – Не владеешь техникой. – Конечно, знаю, – возразил Каз. – Я владею боевым искусством под названием: «натяни ему футболку на голову и бей, пока не пойдет кровь».

В тюрьме всем наплевать, кто входит внутрь, главное – кто пытается выйти.

– Назовите самый простой способ украсть бумажник. – Нож к горлу? – спросила Инеж. – Дуло в спину? – продолжил Джеспер. – Яд в напиток? – предположила Нина. – Вы просто ужасны, – сказал Матиас.

Никто не смеет похищать меня с моих же улиц. И никто не смеет заключать со мной сделки, пока я закован в цепи.

— Вы самый молодой владелец букмекерской конторы и при этом умудрились увеличить ее прибыль в два раза. Вы шантажист… – Я продаю сведения. – Аферист… – Я создаю возможности. – Сутенер и убийца… – Я не торгую женщинами и не убиваю без надобности. – И что же это за надобность? – Та же, что и у вас, купец. Выгода. – Как вы добываете сведения, господин Бреккер? – Скажем так, я взломщик. – И весьма одаренный, я полагаю. – Именно.

Ван Эк начал перебирать бумаги. – Впервые вас арестовали, когда вам было десять, – произнес он, всматриваясь в страницу. – Все помнят свой первый раз. – Дважды в тот год и дважды, когда вам исполнилось одиннадцать. В четырнадцать вас схватила стража во время облавы в игорном зале, но больше вы не попадались. Это была правда. За три последних года еще никому не удавалось поймать Каза.

Видите ли, каждый человек – это сейф, хранилище тайн и стремлений. Есть те, кто идет путем насилия, но я предпочитаю более мягкий подход… надавить на нужные места в подходящий момент. Это деликатный процесс.

– Бочка – это гнездо разврата, безнравственности, жестокости… – Сколько кораблей из тех, что вы отправляете из кеттердамских гаваней, не возвращаются? – Это не… – Не возвращается каждый пятый корабль, Ван Эк. Каждое пятое судно, которое вы отправляете за кофе, юрдой и шелком, опускается на дно моря, разбивается о скалы или становится жертвой нападений пиратов. Каждый пятый экипаж погибает, и их тела теряются в чужих водах, становясь кормом для рыб. Так что давайте не будем рассуждать о жестокости.