Коёми Арараги

Разве это правильно, что к жизни возвращается такой ужасный человек, как я?

Новая истина была создана прямо перед моими глазами. Видя то, как родилось это идиотское решение, я уже не мог сдерживаться. Что-то во мне сломалось. В тот момент, когда большая половина класса — большинство учеников — подняли руки, без предварительного сговора или договора, даже не взглянув друг-на-друга. В тот момент, когда была выбрана новая правда... В момент, когда правосудие свершилось... Я никогда не видел ничего более пугающего. В этот момент я потерял зрение. Нет... Я потерял не зрение. Я потерял её. До этого момента я верил в справедливость. В то, что существует «правда» и что она должна восторжествовать. Но... Я понял что правду выбирает большинство. Я понял, что правдивость устанавливается количеством. Я понял, что всё подстраивается под большинство. Вот почему я предпочёл одиночество общению. И это всё, что я мог сделать, чтобы защитить свою правду.

— Прости, язык прикусила. — Нет, ты специально.

Можешь ненавидеть меня сколько хочешь. Хотя бы столько, сколько и я... любил тебя раньше.

— Скажи мне, почему я не могу быть счастливой? — Ты несчастна, потому что не пытаешься быть счастливой. Никто не может сделать кого-то счастливым, если тот не пытается им быть. — Ты права, так и есть. Я хочу сказать, учитывая, сколь я хрупка, если бы я была счастлива, то я бы сломалась. Как ветка. Мои глаза, моё тело, они бы сломались. Я бы не смогла вынести груз счастья. В итоге, вместо того чтобы быть счастливой, я лучше буду тонуть в теплоте несчастья, неся иной груз. Я хочу, чтобы мои ноги мокли в скорби до конца мох дней. Вот что на самом деле со мной происходит... Да. Я не могу быть счастлива после всего этого. Слишком поздно. — Нет, это не так. В этом мире не существует такого счастья, которое может тебя сломить. Счастье не яркое, или тяжёлое. Не переоценивай счастье. Любое счастье может быть твоим. Так что не презирай его. Не презирай мир, не презирай никого и ничего. Не презирай саму себя.

— Это моя вина? — Верно. Из-за тебя, моя жизнь в руинах... Нет. Я знаю, что это не твоя вина. Я знаю, что я единственная кто виновата... <...> Это моя вина. Я ненавижу себя. Я ненавижу саму себя. Но знаешь, если бы я не винила тебя, я бы не смогла жить, Арараги. Извини, но пожалуйста, будь моим врагом...

С противником нельзя договориться, если не знаешь того, что им движет. Говорят, чтобы победить в войне необходимо знать, что вкладывает противник в понятие справедливости.

— Ты, похоже, ненавидишь тех, кто счастлив. — Мне нравятся счастливые люди. Потому что я сама счастлива, видя чужое счастье. Я презираю тех, кому счастье досталось готовым и поданным на блюдечке. Кому плевать, кем это счастье было за него построено. Я презираю воду, которая думает, что закипает самостоятельно. Я презираю облака, которые считают, что формируются сами собой. Я презираю солнце, которое думает, что восходит само по себе.

Принцип «большинства». Единственный способ, который может даже ошибку сделать правдой.

... До того момента я верил в справедливость. В то, что в нашем мире существует «правда» и что она должна восторжествовать. Но вскоре я понял, что правду выбирает большинство. Я понял, что правдивость устанавливается количеством. Я понял, что всё подстраивается под большинство. Вот почему я предпочёл одиночество общению.

Мне не нужны друзья потому, что если у меня появятся друзья, моя сила как личности, уменьшиться. (Мне не нужны друзья. Если я заведу друзей, моя сила как личности ослабнет).

— Так вот что значит: «У кого что болит, тот о том и говорит»! — Ну, видимо, болит у тебя сильно.

— Во мне течет кровь правосудия, и она велит мне карать зло! — Да тебе просто нравится бить людей.

— Эй, Неко. — Ня?... Что такое ня? — Неко... Повторяй всё, что я сейчас скажу. Вашему пономарю нашего пономаря не перепономарить, наш пономарь вашего пономаря перепономарит. — Вяшему понямярю няшего понямяря не перепонямярить, няш понямярь вяшего понямяря перепонямярит. — Милашка!!!

— Я пылающая девушка! — Сгори заживо.

На свете есть люди, которые должны умереть, но нет таких людей, чья смерть не имеет значения.

То, что кто-то просто живет легкомысленной жизнью, не означает, что он имеет право легкомысленно умереть.

Чувство вины может растерзать человека на части. Скука убивает примерно так же, как и вина.

— Если бы у меня были друзья, я бы должен был за них переживать, верно? Когда им грустно или случилась беда, я должен был бы чувствовать сходные ощущения. Следовательно, мне было бы хуже и хуже, и, в конце концов, я сломался бы в конец. — А если бы они радовались или были бы счастливы, у тебя так же было бы хорошее настроение. Разве это не прибавило бы тебе сил? — Хм… — я тряхнул головой. — Когда друзья радуются или просто счастливы, я им жутко завидую. — Люди такие ничтожные, — решительно сказала Ханекава. — Даже если это так, то все, в конечном счете, все равно сведется к нулю. Есть у тебя друзья или нет их совсем – в мире достаточно негатива и без них.

— Хитаги, скажи мне, зачем я учусь? — Потому что ты тупой, Арараги. Тупым это свойственно.

Каждый человек пытается сделать себя таким, каким он хочет себя видеть. Хотя, наверное, немного не так. В стремлении стать тем, кем ты хочешь, ты теряешь всё больше и больше.