Константин Григорьевич Гуманков

...менять привычки и привязанности почти в сорокалетнем возрасте нелепо.

— А кто был твой муж? — Не знаю... — В каком смысле? — В прямом. Я выходила замуж за чудесного парня… Однокурсника. Умного, веселого, сильного. Любого перепьёт, любого перешутит, любому в морду даст, если нужно... И он не имел ничего общего с тем существом, которое поселилось потом у меня на диване перед телевизором... Костя, может быть, мужчины в браке окукливаются, как насекомые?

— Вот-вот! Ты обращал внимание, что у роскошных баб – мужья обычно жлобы жлобами? А почему? А потому что, когда нормальный парень видит классную девочку, что он испытывает? — Что? – спросил я. — Он испытывает не-ре-ши-тель-ность! А вдруг я не в её вкусе? А вдруг она не то подумает?... А вдруг за ней ухаживает кто-нибудь в кожаном пальто, а на мне папин габардин? Точно? — Точно! – поразился я верности его наблюдений. — А какой-нибудь хмырь с немытой шеей, даже не посмотрев на себя в зеркало, подвалит и цап мёртвой хваткой...

Когда самолет толкнулся колесами о землю и помчался по посадочной полосе, постепенно избавляясь от скорости, иностранцы, летевшие с нами, зааплодировали. — Любят западники жизнь!  — прокомментировал Спецкор. — А мы? – спросила Алла с Филиала. — Мы любим борьбу за жизнь!

Не-ет, если жизнь ни разу по-настоящему не искушала тебя, нельзя гордиться чистотой своей совести...