Пача

Помни: кем бы ты ни был, используй свою силу.

— Как я уже говорил, постарайся как следует. Ты должен знать, в чём ты силён, и использовать то, что под рукой. — Да, сейчас у меня под рукой кровать, и я пошёл подремать.

— Кузко, кстати, о забеге. — Да? Что такое? — Беги так быстро, как только можешь, и не обращай внимание на глупые слухи. Я не хочу, чтобы ты волновался. — Ха-ха, ерунда! Я не волнуюсь. Кто волнуется, я волнуюсь? Не-а! Тогда бы я типа: «Я волнуюсь! Ой! Что мне делать?» Хах, а я типа нет. В смысле, не волнуюсь. Не-а, никаких волнений. Какое слово говорят, когда не волнуются? Хм... Ну, неважно, как это назвать! Важно, что мы с волнением совсем не дружим. Хэх, оно такое: «Привет, я волнение! Потолкуем?» А я такой: «Иди-ка, приятель, у нас тут волнение не любят!» Хэ-хэ-хэ... мда-а.. — Ты точно не волнуешься? — Когда противники равны, волнения нет.

— Я решил, как обычно, проверить задание у Чаки и Тибо. И знаешь, что я обнаружил? — Сейчас объясню! — Только не говори, что его съел лев или крокодил. — Вообще-то это была лама.

— Приятно, что ты занят домашней работой. Уметь завязывать узлы должны все, кто разводит лам. — Эй, не шпионь! Шпионить гадко! — Будет нечестно, если ты всё подглядишь у Чаки. Подглядки гадки. — Но мистер Молигвако меня выгонит! — Да, я слышал об этом. Совсем обнаглел, задания задаёт! Да кто он такой, учитель?! — Наконец, хоть кто-то меня понял!... — [Внезапное прозрение] — О, ха-ха, не знал, что ты шутник.

Когда-нибудь ты останешься совершенно один, и тебе будет некого винить, кроме самого себя.

— Честное слово, это был не поцелуй. — Тьфу, твой «не поцелуй», тьфу, был премерзкий!

— МЫ ЖЕ РУКИ С ТОБОЙ ПОЖАЛИИИ!!! — Для того, чтобы пожать руки, нужны руки!