Пендальф

Пиво, это второй хлеб! А вино это так, баловство для студенток.

— Ну что, призывник, не передумал? — В смысле стучать? Моя душевная организация не приемлет доносительства! — А ты представь себя разведчиком в глубоком тылу врага. — А вот это мысль! Как будто я разведчик и вовсе не стучу, а наоборот передаю тебе ценную информацию. Срочно записывай меня в свою организацию!

— Слышь, гражданин начальник, пока базар-вокзал, может пивка для рывка? — Что ты, я же на службе! Метнись ка лучше за водочкой!

— Судя по твоей кислой роже, Сарумян, я могу сделать вывод, что назгулы хоббитов на этот раз не забороли. — Рано радуешься. Это еще не конец истории. — Не уверен, что лично ты до этого конца доживешь. Дон Элронд предателей не прощает. — Плевал я на всех! Даже зондеркоманда Саурона не может выкурить меня из моей башни! А скоро я обзаведусь армией, достойной самого Мордовии, и мне вообще никто не будет страшен! — Не знаю, как насчет армии, но экологию ты уже сильно попортил. Уже на Мордовию похоже — с первого взгляда и не отличить. Гринписа на тебя нет, гад. Ну ничего, будет и на нашей улице праздник. Ты еще узнаешь меня с плохой стороны. — Твои оскорбления с каждым разом становятся все банальнее. Ты стареешь, Серый. И перестань меня запугивать. Кто выступит против меня? Гондурас еле-еле сдерживает натиск Мордовии, и у Димедрола полно своих проблем. Рохляндия тоже скоро огребет по полной программе. Дон Элронд собирается отойти от дел и эмигрировать с нашего континента. Кто еще остался? Шир? Не смеши меня. Кто слышал о воинственности хоббитов? Кто видел их армии? — Глядя на мерзости, которые ты творишь, даже деревья могут отрастить себе ноги с единственной целью — дать тебе пинка под зад. Попомни мои слова, Сарумян — ты еще будешь землю жрать, умоешься кровавыми слезами и подохнешь без прощения! — Ну ты и быдло! Мало того, что не моешься месяцами, так еще и в приличном обществе себя вести не умеешь. — Я все сказал. I will be back!

Нее, я с синим завязал наглухо! Давай лучше чифирнём!

Валим, только не в штаны...

— Фига тут, кнопочка... [вой сирены] — Ты кому сигналишь, сволочь?!

— А если они стрелять начнут, а? Белый? — Всё как обычно — будут целить в меня, а попадут в вас.

Да я вообще крутой, спасу нет! А главное — скромный.

— Не видать нифига! — А ты третий глаз примени. — Ну всё! Погнал, Эрнест Мулдашев... третий глаз, зеленые человечки, газета «Аномалия». Ты сам-то чё видишь своим третьим? Что ложки нет?

Тикайте, хлопцы, I'll be back.

Не искушай меня, Федор, ибо необуздан я в желаниях своих. Как начну добро причинять налево-направо, пользу наносить да ласкам подвергать, все силы на любовь потрачу!

Шестьдесят лет кольцо продлевало ему жизнь. А он все думал, что это от свежего воздуха и здорового образа жизни.

— Так, посмотрим, что там у нас на границе делается. Не, ну ты посмотри, чё творят: урки на том берегу реки сидят себе и пиво с раками пьют. — Не верь им, Пендальф, это у них морды такие.

[После того, как Пипин взломал порно-сайт] — Мне, конечно, не интересно, но, что там было то? — Там сначала тетенька была без одежды, а с ней три дяденьки. — И что они делали? Говори! — Да они по-иностранному говорили, я не все понял, только «Ой, ой, о-ой…» — Это ты самую суть ухватил.

– У нас из такких колбасу вкуссную круттят. – Мерин мой шестисотый… Коробка автомат, привод на все копыта, седло с подогревом. Кличка – Сервелат.

Это я раньше был Пендальф Серый. А теперь я… Саша Белый!