Пустота

Разве не лучше быть теплым воспоминанием, а не постоянным и растущим разочарованием?

Я и был той возможностью, тем единственным способом, которым все эти психбольницы и гражданские войны приходили в мир.

– Интеллигент, как бы он ни измывался над устоями империи, которая его породила, отлично знает, что в ней все-таки жив был нравственный закон. – Вот как? Отчего? – Да оттого, что если нравственный закон в ней был бы мертв, он никогда не посмел бы топтать ее устои ногами.