Роберт МакКолл

У меня очень мало времени... А у тебя его нет совсем.

— Сьюзан работала в опасном мире, Мак. Это ведь мог сделать кто угодно. — Это был не кто угодно, а ты. — Только не надо читать мне мораль... Хорошо? Делай, что должен, и не оглядывайся. — От этого никуда не деться, Дэйв. Мы все заплатим за наши грехи. — Да? А ты заслужил смерти за свои грехи? — Сто пятьдесят восемь раз. — Ясно. Что ж... А знаешь? Нет грехов. Ни добродетели. Это просто работа. Они научили нас убивать и рисковать при этом своей жизнью. И однажды при этом звонят и говорят, что всё кончено. «Спасибо за вашу службу. Вот вам вымпел». Нужна работа? Удачи. Нужна медстраховка? В совет ветеранов! Сегодня ты агент, а завтра ты уже сбитый летчик. Это был естественный процесс эволюции. Ты ведь тоже занимался этим. Вот что мы сделаем... — Мы? — Я не один, Мак. Тут вся команда. Ари, Резник, Ковак. Все наши. — Семья... [идут к машине, из которой выходят сообщники Йорка] Господа... — Мак. — Неплохо выглядишь для покойника. — Хотим, чтобы ты знал: тут ничего личного. — То что вы делаете и кем вы стали — не моя забота. В мире полно людей, вроде вас. В идеальном мире за все поступки надо платить... но этот мир не идеален. Люди творят зло. Если повезет, получишь шанс... это исправить. Но в основном зло остается безнаказанным. Только не в этот раз. Ваша ошибка в том, что вы убили мою подругу... так что я убью вас всех до единого... И, к сожалению, я смогу сделать это только один раз.

В мире есть два типа боли: боль, что длится и боль, что всё обрывает. Сегодня, у тебя есть выбор....

– Когда ты смотришь на меня... что ты видишь? Ответ: ничего. Я ничего не чувствую по отношению к тебе: ты как... как пыль или... пробка в бутылке – то, что нужно убрать. – Я знал одного капитана полиции в прошлой жизни. Он работал над запутанным делом, не помню, как звали парня, он был... видный учёный, известная личность, филантроп, писатель. Короче, он решил поделиться своим благополучием с кем-то менее удачливым. И, хотя у него было пятеро детей, он открыл двери своего дома для шестого – это был сирота, двенадцатилетний мальчик. Ребёнок с искалеченной нервной системой. Проблемный. Склонный к насилию. Волчонок. Ты не слышал эту историю? – Нет, продолжай. – Хорошо. Так вот, добрый человек открыл двери своего дома этому мальчику. И когда мальчик что-то украл у него... добрый человек всё равно любил его. Когда мальчик получал двойки, мужчина проявлял терпение и понимание. Когда мальчик лгал, ругался, царапался и дрался, этот добрый человек проявлял сострадание... и любовь. Мальчик, который никогда не знал, что такое быть любимым, наконец понял, что это такое. Мужчина пробил стену – это было настоящее чудо. Неделю спустя в их дом ворвались грабители. Убили мужчину и его жену. Прямо в постели. Из дома пропало что-то незначительное. Это мог украсть и ребёнок. Никто точно не знает. Детей мужчины отправили жить к родственникам, мальчик сиротой вернулся обратно – в Ад. Лишь только... он обрёл свой шанс в жизни, как две пули перечеркнули всё. – Это известная история. – Они поймали убийцу? – Не думаю. – Может быть, они не там искали? Иногда ответ прямо перед глазами. Я думаю, мальчик... убил их. Да, я думаю, это сделал мальчик. Мне кажется, мальчик боялся, что его приёмные родители однажды проснутся и поймут, что он их недостоин. Так думали все. И он не мог жить с мыслью, что этот мужчина, этот добрый человек так поступит с ним – избавится от него. Как от пылинки или... пробки в бутылке. Так что, он решил не проверять. Что скажешь, Николас? – Не думай, что знаешь меня. По-вашему, я сентиментальный человек, мистер МакКол? Вот это сюрприз. Я... я не обладаю такой чертой и никогда не понимал, что человеку даёт сентиментальность, кроме слабости. – Твои люди, которых я убил... я давал им шанс. Они сделали свой выбор. Я даю тебе возможность сделать свой. – Спасибо. – Не за что. Дай мне знать... когда решишь. – Конечно. – Я сделал много плохого в своей жизни, Николас. Я не горжусь этим. Однажды я обещал человеку, которого очень любил, что больше не буду так поступать. Но ради тебя... я сделаю исключение. Ты спросил, что я вижу, когда смотрю на тебя? А ты, когда смотришь на меня?

Когда молишься о дожде, готовься ходить по лужам.

Ты такой, какой есть. Такова жизнь.

Будь той, кем хочешь быть. Измени свой мир.

— О чем книжка? — Об одном рыцаре на белом коне, который живёт в мире, где рыцарей не существует. — Очень похоже на мой мир.