Тим Бисли

— Знаешь, что говорят про любовь и войну? — Да, одно связано с кучей физической и душевной боли, а другое — это война.

— Все равно наши отношения были как тостер. Ну, знаете, забываешь, что он у тебя есть. Он просто валяется наверху серванта, собирает пыль, а если и видишь его, то думаешь, что он сломан — иначе бы все время его использовала, но не используешь, и вот он там валяется. И вот однажды появляется непреодолимое желание поесть бутербродов. Снимаешь его оттуда, и он работает! А ты поверить не можешь, и готовишь все возможные виды бутербродов, устраиваешь бутербродную вечеринку... И тогда так же быстро, как оно появилось, это желание исчезает, и ты убираешь этот тостер для бутербродов. И знаете что? — Что? — И не скучаешь по нему! — Так ты говоришь: «Не задвигайте тостер для бутербродов в дальний угол, пользуйтесь им постоянно, и вы получите от него по-максимуму»? — Нет, она говорит: «Брось своего парня и съешь бутерброд».

— Во что играешь? — «Расхитительница гробниц 3». — Она тонет. — Да. — Это цель игры? — Ну, это зависит от настроения...

— Кто-нибудь звонил? — Твой парень. — Кто-нибудь важный? — Нет.

— Думаете, мне лучше снять жилет? — Думаю, тебе лучше его сжечь. Ну, ведь знаешь, если снимешь, то сможешь его потом найти снова...

— Так что за девушка-то? — Звали Кассандра. Она экстрасенс, дала мне свой телефонный номер. — Это наш телефонный номер. — Блин, а она хороша.

— Думаешь, мы стареем, Майк? — Все стареют, Тим. Все, кроме моего брата Адама. — А что такого особенного в твоём брате Адаме? — Он молодеет. — Сволочь.