Алина Лис

Роль злодея всегда удавалась мне куда лучше геройской. Последняя накладывает слишком много ограничений в выборе средств.

Страсть князя к установлению диктата Закона и Порядка имеет отчётливо нездоровый привкус.

— Вы говорите и делаете ужасные вещи. Но мне почему-то нравится вас слушать. Почему? — О, тому много причин. Вам скучно здесь, а я — неплохое развлечение хотя бы потому, что не похожу на ваше окружение. Вы умны, я предоставляю пищу вашему разуму и фантазии. Я не пытаюсь угодить, повторяя то, что вы желаете слышать. На моем фоне легко ощутить себя средоточием добродетели и упиваться осознанием своей моральной чистоты.

Мне неплохо знакома влюбленность. Очарование, когда выдуманные достоинства женщины затмевают весь свет, смешиваясь с желанием обладать таким сокровищем. Приходит легко и уходит незаметно, оставляя чувство утраты чего-то ценного.

— Если вассалы твоей марионетки так носятся со своей честью, пусть отточат языки острее, чем шпаги. — Если ты посадишь на цепь свой сарказм, им не придется этого делать.

Маскарады. Они, как ничто иное, помогают людям избавиться от масок.