Аня Логвинова

Мам, вот послушай, я все время психую день ото дня все противнее, все капризней, а он — как блаженный — терпит меня такую и говорит, что счастлив, как никогда в жизни.

может придется трудиться, может придется влюбиться, может придется стыдиться, молиться, может как следует разозлиться, может — смириться.

Моя мама часто покупает книги иногда биографии разных великих у меня не то чтобы мания величия но каждому ж хочется биографию личную.

В три погибели не согнусь. В три спасения распрямлюсь.

Вообще мне никогда не снятся звуки. А тут приснилось, как грохочет сердце его, сидящего со мной за партой, и я пытаюсь подсмотреть конспект. И тут ужасный грохот раздается и это оказалось, что теперь и у меня грохочущее сердце.

Он говорил: не молчи, не молчи, мы не найдем друг к другу ключи, нам недостаточно делить кров, разговор — основа основ. А мне перед всей моей жизнью было нужно побыть без слов.

Он говорил: говорить, говорить, каждое слово словом встречать. А мне после всей моей жизни хотелось только молчать.