Эдуард Володарский

— ... Выходит, ты кто? — Как кто? — не понял штрафник Веретенников. — Человек. — Не, ты не человек. Ты — статистика, — торжественно заключил политический Авдеев, и все вокруг радостно заржали. Авдеев оглядел смеющиеся небритые чумазые рожи и добавил: — Мы все здесь — статистика…

— Бергман убит, — сказал Твердохлебов. — Погиб в рукопашной в немецких окопах. Дрался геройски… — Ну тебя к чертям, Василь Степаныч, зачем мертвых-то в список включать? — Чтобы посмертно реабилитировали.

— Это не список, — кашлянул в кулак Твердохлебов. — Это люди. Живые люди.