Живые мне близки, но я для них далек. Покорный жребию, я в землю молча лег. Дыханье кончилось: на смену песнопений Приходит тишина, безмолвие, забвенье. Первейший из живых, я праха стал мертвей. Щедрейший хлебосол, стал кормом для червей. Я солнцем в небе был, и вдруг — конец и хаос, И небо, омрачась, от горя разрыдалось. Как часто обнажал я свой всесильный меч, Чтобы счастливого от счастья вдруг отсечь! Но рыцарей не раз в лохмотьях хоронили, Оставив в сундуках нарядов изобилье. Скажи врагам моим: «Скончался аль-Хатиб». А где бессмертного снискать они смогли б? Скажи им: «Радуйтесь — но все промчится мимо, И тот же вечный мрак вас ждет неотвратимо».

