Катарина Султанова

Драматизируй: Вот я намеренно от тебя ушла, Вот моим встречам с ним нет времени и числа, Вот я ложусь на чужие простыни, Чуть матовые от темноты, И забываю твои черты.

Боже, если надумаешь дать мне любви взаимной Вместо моих соплей И чужих страданий по мне безжалостных - Пусть она будет скорая, бьющая точно в цель, Доводящая до ожогов, до беспредела, До долгих совместных лет. И сильнее меня. Сильнее меня, пожалуйста.

А что, если убежим? К чёрту кредиты, плевать на твои дела: легкое платье, мохито, джин, верхом на тебе, вздыматься, закусывать удила. <...> А что, если всё начать? Заново: будто не знаю мужа, а ты позабыл всех жен. Десять самых правдивых историй пойдут в печать - каждая выцарапана под кожей тупым ножом, Чтобы ты не решил, будто детка не знает жизни, чтоб я вместе с тобой, как земля из-под ног, плыла. Твоя детка на всё готова. Готов ли ты? Давай убежим, а?

Почему Господь на меня глядит и не видит, Как я сама от себя устала.

Спать с тобой или любить до гроба — не поняла ещё. Весна в городе, но эффекта пока не видно: Март ввалился беспомощен, сер и грязен. Страшно тянет оплакивать неизвестно что - Да причина неблаговидна. <...> Спать с тобой или любить до гроба? Я выбираю спать. Поворачиваюсь спиной. Я выбираю спать, чувствуя каждой клеткой, Как его крышка закрывается надо мной.

Вижу его и вытягиваюсь в одну из струн - Вспоминаю как тысячью тонких нот, обласканная, звучала. Музыка, ты владеешь лучшей из Мертвых душ, Я — инструмент, замирающий на его плече, И нет ни конца во мне, ни начала: Я — продолженье кисти его руки, Что сжимает уверенно, но несильно. И вот поэтому так не хочется убегать... Он извлекает лучшее. Я бессильна.

Будто бы снег никогда не шёл, Будто мы не забыли, что слово «Вечность» Может сложиться только в одно лицо И разбудить в нас и нежность, и человечность Будто и не было ничего...

Если хочешь лечить меня, Рук не вымыв, учебник не открывая, Прихватив вместо скальпеля шило и молоток - У меня для тебя инструкция небольшая, Как в розетку засунув пальцы не знать, что такое ток: К черту, милая — это прямо и поспешая, Обронив по дороге скомканный носовой платок. Добродетель свою фальшивую утешая, Тем, что «диагноз страшен, но видит Бог: Больная сама не ведает, что творит - У неё обиды, депрессия затяжная, Сердце страхами полнится и горит, Раз в минуту чудовищно полыхая - Обдавая жаром того, кто над ней сидит, Боже правый, она ведь совсем плохая - я пришла, чтобы душу её израненную спасти. Никакой благодарности — только перебивает..» Ничего не забыла? Цитат не перевираю? Вот и славно. Спасибо, чудесный доктор. Забирай свои зелья и уходи.

Я кричу и в пропасти, и во сне: Ни один из нас не будет с тем, кто сам этого не хочет. Отпусти меня...

Все отхлынет: страхи, враньё, гнильё - Ничего с тобой не случится. Так уходят в холод, болезнь и смог. Так уходят из дома, в котором Бог. Так уходят, себя проклиная: «Убог, убог». Так уходят, когда тебя любят, а ты не смог.

Маленькой девочкой я поняла: семья - Это хотеть беречь, а не расстреливать своей правдой. Счастье не есть ощущение собственной правоты. Счастье — случиться и быть в чьей-то жизни главной Маленькой девочкой.

Утренний кофе сонными пальцами — горячо, Мимолетные взгляды лелею наперечёт, Мысленно раздеваю — внизу живота течёт, Пытаюсь забыться, но тщетно - Меня влечёт <...> Мурашками по затылку, в сердце и на плечо, На цыпочках за тобой, волнами под тебя, ещё: Пластилином, сиропом, плавящейся свечой - Я не могу без тебя. Чёрт.

Ни одной претензии. Ни одной. Моя птица, кто смел ограничивать взмах твоего крыла? Кто успел донести, что пока ты стремилась вверх, Я тихонько по клеточке здесь гнила? <...> Ну, какие обиды? Что ты! Полнейший вздор! Я же знаю, что там у тебя дела, Что случись между нами любовь всерьёз - Моя клетка на утро стала б тебе мала. Как ты пахнешь свободой! Меня пьянит! Отчего ты растерянно злишься, я не пойму? Почему, если боль свою спрячешь и замолчишь, Виноватый поставит её же тебе в вину? Уже поздно. Рыжее яблоко катится над горой. Моя мудрость истлеет около девяти. Ночью каждая птица стремится к себе домой. Я устала жалеть о тебе. Лети.

Мое новое, ты у меня в крови, я у тебя в долгу: Превозмогая страхи, я все смогу, Холодным сердцем, легкими на снегу - Пусть нам обоим будет чему учиться. Камни — другому берегу — я их больше не берегу, Никаких обещаний друг другу, апрелю и четвергу - Просто будь лучшим, что может сегодня со мной случиться!

Я вдруг совсем охладела к дурным речам. Что ты запомнишь? Обиду? Гордыню? Страх? Лица врагов? Свой портрет в дорогой квартире? Я буду пить шампанское в облаках И вспоминать, что мы с тобой просто были!

Ужасно хочется забыть тебя такой. Ужасно хочется, чтоб мрак растаял утром. Не звать, не ждать и не искать в другой. Не помню. Помню поминутно.

Как мы гадки, когда нам никто не дорог, кроме тех, что уходят, так и не вынув руки из выпотрошенной груди.

Скоро новый день. Как бы ни умирала — дыши, оставляй вчерашнему его тень, доставай себя из-под одеяла: ты не можешь больше стенать и плакать — времени очень мало. Посмотри, вот солнце опять встаёт, Луч бросая тебе, не глядя. День сменяет ночь при любом раскладе - Солнце никого на свете не предаёт.

Скоро самолёт. Как бы ни умирала — смейся, беги на взлёт, не оборачивайся, беги по посадочной полосе, волосы распускай — волосам будет тесно в тугой косе, ничего не бери с собой, кроме снов, никаких больше слов, прошлое покоится в багаже — бросай! В новой жизни нет места потрёпанной ручной клади. Бросай, не глядя!