Гнев (Man on Fire)

Человек по натуре актер, хороший или плохой — это не важно. И ему никто уже не сможет помочь, когда его талант умирает.

Пусть Бог дает им прощение, а я организую им встречу.

— Он добьется большей справедливости за два дня чем ваши суды и трибуналы за десять лет. Только не мешайте ему. — И не собираюсь, я даже помогу ему? если смогу, но я хотел бы его понять, объясните? — Пита Рамос для вас цифра, ну еще одна жертва, только цифра. — А чем она была для Криси? — Она вернула ему желание жить снова.

— С ума сойти. Неделю назад мы думали, в какой ночной клуб сходить. А теперь я читаю Библию.

Когда дети чего-то хотят, они проявляют упорство.

— Ну, а если вдруг произойдет попытка похищения, что мне делать? — Делай, что сможешь, они не платят так много, чтобы требовать чудес. — Не знаю. — Это не будет надувательством, Крис, ты и в полнакала горишь ярко.

— Ты веришь, что Бог простит нам содеянное? — Нет. — Нет? Я тоже.

Ну, знаете, как говорят: «Пуля всегда заставит сказать правду».

Можно быть художником в любом деле, хоть в кулинарии. Главное — насколько хорошо ты это делаешь. Криси виртуозно сеет смерть, и он с минуту на минуту создаст шедевр. (Человеку присуще быть творцом в чем угодно, зависит только от профессионализма. Искусство Кризи — смерть, и он готовится написать свой шедевр.)

— Я крутая? — Таких не бывает. Бывают тренированные и нетренированные.