Ищите женщину

— Клара, дорогая моя, год свиньи, несомненно, это и твой год. — В каком смысле, дорогой? — Подробности дома. Они слишком деликатны и приятны для нас обоих.

Подождите! А кто же это всё-таки убил Нолестро?

— Сколько лет? — Тридцать четыре. Мне не хочется говорить о ней плохо, но выглядит она на все тридцать пять. — Невероятная разница. — Представь себе — да! Я между тридцатью четырьмя и тридцатью пятью годами прожила прекрасные десять лет.

— ...но мой внутренний голос мне подсказывает... — Как! У Вас ещё и внутренний голос?

Теперь, если мне нужно будет оповестить о чём-нибудь весь Париж, я не буду как раньше обращаться в газеты и на телевидение. Просто поделюсь с Вами по секрету!

— Это нужно отправить сегодня же и срочно. — Я пошлю Вирджинию. — Пойдёте сами, прогуляетесь по свежему воздуху, а то Вы зелёного цвета. — Какого? — Зелёного. — Не расстраивайтесь, зелёный — цвет надежды.

— Добрый вечер, мадемуазель Алиса. Что случилось? — Видите ли... убийство, мадам. — А он — жертва? — Он? Что Вы? Он — полиция! — Но кто убит? — Мадам, я — инспектор... [кашляет] — Извините, мадам, у него инфлюэнца... [обращается к инспектору] Рири, я скажу — здесь нужна женская деликатность. Мадам! О, какая прелесть! [восхищается шубкой мадам Роше] Песец, мадам! Вашего мужа зарезали!

Ум мощностью в две лошадиные силы...

Не «железный лоб», а дама с камелиями...

Для сваренного рака всё худшее уже позади...

Вы, наверное, слишком разборчивы. Когда хотят жениться, то надо это делать, но с закрытыми глазами.

Чтобы я ещё когда-нибудь увидела труп...

Предсказываю вам, что следующий труп будет ваш, а убийцей буду я!

Вот одна дурная извилина портит тебе всю голову!

Какая ты красивая, когда молчишь!

— Возраст? — Он не так уж молод, чтобы ухаживать, но не настолько стар, чтобы волочиться.

— Как Вы ходите? Что на Вас одето? Это что, мода такая? Вы здесь на службе, а не... Что, сейчас так носят? — Если мода требует, и рога носят.

— Мадемуазель Виржиния, девушку украшает скромность. — Ну да. Это когда нет других украшений.

Мадемуазель Алиса, нельзя ли кричать потише?

— Я сегодня вся — комок нервов. — Может быть, Вам пойти в отпуск? — Может быть... О, нет! Не надо. В отпуске я умираю от скуки, из-за чего начинаю много есть, а потом не влезаю ни в одно платье! — Я поражён Вашей предусмотрительностью!

Замужество — это сказка, мираж, пустыня, дворцы, пальмы, верблюды… Но потом я поняла, что дворцы и пальмы исчезнут, и останется один верблюд.

Болтаю, когда хочу и когда это нужно для дела, но когда мне говорят молчать вместо того, чтобы сказать, что я должна была сказать, а я не говорю — я молчу, тогда я не говорю вообще!