Алиса

Печать зверя — клеймо стада, Девиз бойни — «Всегда рады!». Козлов кодлы пасет воля, Шагать строем слепых доля. По чью душу рычит свора. Закон труса — служить вору. ... Но ночь в силе, как пресс зоны, Прикол гимна — душить стоны. Мораль бойни: «Убей, веря!». Иконам слезы клеймить зверя.

Время червей и жаб! Время червей и жаб! Слизь! Но это лишь повод выпустить когти!

Голод наш, Голод наш, брат! Вспомни, как гнев площадей кромсал город! Мы вольны! Мы вольны! Хотя бы в том, что у нас есть глаза, А у наших глаз — голос!

От взлёта до падения дистанция – блик. Кто стал сегодня тенью, вчера был велик. Изменчива фактура, капризна стезя, Во власть приходят не тормозя. Адептов передела сольют за бугор, На почве революций возродится террор. Оранжевые сопли – очкариков сны В предчувствии гражданской войны.

Глазами дохлой рыбы смотрели на свет, Лепили подтасовки о том, чего нет. Подглядывали в щели, на слухи велись, Смакуя в червоточине слизь. Исследовали небо по картам «таро», Зло называли правдой, обманом — добро. Считали эталоном чужую модель, Успешность возведя в самоцель.

Новой власти нужен порох, Старой власти нужен ток. Той и этой верховодит Молох, Кровью наполняя исток. Реки с названием «Грязь». А я – искра в пляске огня. Я – отражение глаз. Блеф силы этого дня Мной был просчитан на раз.

И мы катимся вниз по наклонной С точки зрения высших сфер. Молодежные группировки Берут с нас дурной пример. Где воспитательный фактор? Где вера в светлую даль? Эй, гитарист, пошли их всех на... И нажми на свою педаль! Давай! Все это рок-н-ролл!

Ну, а мы, ну, а мы, педерасты, Наркоманы, нацисты, шпана! Как один социально опасны, И по каждому плачет тюрьма. Мы пена в мутном потоке Пресловутой «Красной Волны». Так об этом пишут газеты, Газеты всегда правы. Всё это рок-н-ролл!

И вот уже академики чешут плеши, Погоны свистят в свисток, Румяные домохозяйки Зеленеют при слове Рок. Товарищи в кабинетах Заливают щеками стол, Им опять за обедом стал костью в горле Очередной рок-н-ролл. Всё это рок-н-ролл!

Автобусы и самолеты, Пароходы и поезда. Сегодня нас видит Камчатка, Завтра Алма-Ата. Послезавтра мы станем пить пиво, В «Пушкаре» или в «Жигулях». А что с нами будет через неделю, Ведает только Аллах. Всё это рок-н-ролл!

Это чем-то похоже на спорт, Чем-то на казино, Чем-то на караван-сарай, Чем-то на отряды Махно, Чем-то на Хиросиму, Чем-то на привокзальный тир. В этом есть что-то такое, Чем взрывают мир. Всё это рок-н-ролл!

Хоть воюй, хоть голоси, Мёртвым душам на Руси Всё равно поставят крест.

Раскачали мир, волны разошлись окрест. Вздыбило войной, ненависть звезды на крест. От одних кровей, на одной земле резня. Что такое «мы», пришлому понять нельзя.

Я один из тысяч в движении ко дну, В танце суматошного дня. Я толком никогда не глядел в пустоту И пустота вгляделась в меня.

Если свет, который во мне, — есть тьма, То какова тогда тьма?

Беседы на сонных кухнях, Танцы на пьяных столах, Где музы облюбовали сортиры, А боги живут в зеркалах, Где каждый в душе Сид Вишес, А на деле Иосиф Кобзон, Где так стоек девиз: Кто раньше успеет, ты или он? Все это рок-н-ролл!

Сколько раздоров и смут Ведала Родина-мать, Как нас хотели согнуть, Как нас пытались ломать. Сколько шакалов да псов Скалятся с разных сторон На золото наших хлебов, На золото наших икон.

Чистого сердца по случаю не обрести. Ясное Царство берется усилием жить.

А народ в тех краях В мути-темени чах. И не сразу, не вдруг, но забыл, Что жил иначе. В хороводе ночей Стыло пламя очей, И со временем в тех краях Не осталось зрячих.

Навет — не помеха, покуда есть Вера! Стена — не преграда для тех, кто в пути. И окрик — не сила, и выстрел — не мера, Когда тебе солнце шепнуло: «Лети!»

Коли глухая тайна вышла в тираж, Значит ваши псы проспали наш саботаж.

Может быть, это только мой бред, Может быть, жизнь не так хороша, Может быть, я не выйду на свет, Но я летал, когда пела душа.

И в груди хохотали костры, И несли к небесам по радуге слёз, Как смиренье — глаза Заратустры, Как пощёчина — Христос!

Будь, что будет! Что было есть! Смех да слёзы, а чем ещё жить?

А я и не успел оглянуться, Как стал седым.