Ярослава Лазарева

— Но ведь ты причинял мне боль, — заметила я. — На это и был расчет, — ответил он. — Ничто так не цепляет человека, как душевная боль. И тех, кто нам хоть когда-то ее причинил, мы не забываем.

— Время имеет разные величины, — после паузы сказал Грег. — Да, я тоже это давно заметила, — согласилась я. — Иногда кажется, что минуты превращаются в часы. — Или наоборот, — подхватил он. — И во что тогда превращается вечность? — задумчиво спросила я, про себя удивившись возникшей теме разговора. — Вечность — это никогда не прекращающийся ужас одинокой души.