Каменская

— Вот если бы у меня, действительно, было много времени и немного денег, я бы купил себе маленький домик в Малаховке и попытался бы доказать теорему Ферма. — Зачем? — А тому, кто докажет теорему Ферма, дадут Нобелевскую премию. Тогда я купил бы себе роскошную яхту, женился бы на Клаудии Шиффер... люблю ногастеньких. — У неё, между прочим, муж есть. — Да? А кто у нас муж? — Фокусник. — Предупреждать надо!

— Лёша, как ты догадался, что я хочу именно такую штуку? — Ну, Асенька вспомни, сколько лет я тебя знаю, мне было бы стыдно, если бы я не угадал! — Лёша, делай мне предложение, ну? Прямо счас! — Что? Что ты сказала? — Потому что нужно быть полной идиоткой, чтобы на тебе не жениться после того, что ты для меня сделал! Боже мой! Мегабайты! Выход в интернет! — Подожди-подожди, ты что, действительно хочешь выйти за меня замуж? — Да-да-да! Мышка! Я схожу с ума! Ну, делай предложение! Давай быстро, ну? — Давай лучше выпьем шампанского!... — Нет, после пузыриков мне будет ещё хуже! Я в полном интернете! Лёша!

— Можете называть меня просто «Бокр». — Это что, кличка, что ли? — Вам не нравится? — Да нет, мне вообще все равно, как Вас называть, только вот например в переводе с венгерского это слово означает «колодец»... — «Глокая куздра штеко будланула бокра и букрячит бокренка» — Вы знаете, откуда это? — Ну да, Успенский «Слово о словах». — О, приятно иметь дело с образованным человеком... — Мне тоже. — А я эту книжку открыл для себя, когда... ну в общем, в библиотеке. — Вы в библиотеку ходите? — Ходил в библиотеку, когда сидел за грабеж. Книжка хорошая, помогла мне выжить.

— О, предупреждаю сразу — денег у меня нет. — А у нас тоже нет — «Колобок» угощает! — Кто? — Спокойно... Добрый вечер, Виктор Алексеевич! — А, привет... — Вот, решили... в неформальной обстановке, так сказать... — Ну, и где он? — Кто? — «Колобок», который угощает? — Ой ты, Господи... — «Колобку» ещё сок, даме... — Мартини. — Мартини... А этим двум умникам лимонад! — Что значит, лимонад? Я не за рулем!

— Ну всё... Отбивные по-таджикски готовятся сорок минут — Миша, ты с ума сошёл! Ну? — А не для аппетита ли, а? — Слышь, ну-ка скажи мне: Юра, давай выпьем! — Юрий, ну может всё-таки выпьем, а? — Да ты мёртвого уговоришь!

— Во что он был одет? — Сейчас посмотрим... Так, пожалуйста: плащ коричневого цвета, башмаки черные, костюм темно-серый в полоску, белье... Всё. — Ой, я его вычислила! Ай да Настька, ай да молодец! — Тебе замуж пора, красавица моя, а то нашла труп двухнедельной давности и радуешься, будто он тебе предложение сделал.

Я всю жизнь преподаю в музыкальном училище. Говорят, у меня неплохо получается. <...> Мне нравится быть золотоискателем. Бывает, кто-то находит золотой песок, промывает его, а потом приходит чужой дядя и забирает, относит ювелиру, а ювелир делает из него всемирно известную драгоценность. Ему честь и слава, а о том, кто положил здоровье, кто промывал этот песок, никто и не вспомнит.

— Кем вы работаете? — Знаете, есть такие профессии, в принадлежности к которым признаваться опасно. Скажешь, что ты доктор, у собеседника тут же тысяча болячек. Скажешь, что ты мастер по ремонту телевизоров, потребуется телевизор отремонтировать.

Я вообще человек поражения. Все мои достоинства — это больная спина и омерзительный характер.

Возмездие — это всего-навсего красивое слово. Месть ничего не внесёт, кроме бессмысленного убийства. Мёртвых ничему нельзя научить.

— У вас есть хоть капля самолюбия? — Конечно, есть. Лёшка говорит, что совести у меня нет, а самолюбия хоть свиней откармливай.

— А мне вообще не везёт! Каждый раз, когда я знакомлюсь с девушкой, на второй день у неё отключают мобильный телефон за неуплату, на третий она начинает мёрзнуть в своей старой шубе, а на четвёртый выясняется, что она никогда не отдыхала на Мальдивских островах. — Интересно, где ты с такими знакомишься? — В «Галерее», ресторан, клуб ночной. — В метро спустись! — В метро? Зачем? — А они все там, под землёй. — Кто? — Девочки хорошие, они обычно в метро ездят.

Дрянь вылезает только лишь тогда, когда её ищут.

— Скажите, а вы любите свою работу? — Ну, конечно, уголовный розыск это не балет. В двух словах не расскажешь. Работа тяжёлая, грязная, но интересная и иногда захватывающая. — Надо быть очень преданной вашей работе, чтобы мириться с неизбежной грязью... — Или не совсем преданным, но умеющим не замечать человеческую мерзость. Или совсем не преданным, но при этом полностью наслаждаться своей властью.

Коллективный психоз, особенно женский, это очень серьёзно!

— Это что ж такое? Через три года после свадьбы я обнаруживаю, что женился на обманщице. — Ну ладно, чего ты наговариваешь-то? — Потому что ты притворялась, что не умеешь готовить! Но теперь, когда ложь разоблачена, будешь как все нормальные жёны, стоять у плиты! Что это такое, что это за шедевр? — Это яйца по-неаполитански... Слушай, я не умею готовить, но я не виновата, что вкусно получилось!

Вот он, очередной милицейский парадокс — за сутки можно найти практического любого человека, кроме преступника. Они что, какие-то особенные люди?

Смелость — черта похвальная, но иногда абсолютно неуместная.

Коротков: — Дело он сам свинтил, это коню понятно. Вот так... Лесников: — Это твоему коню ещё доказать надо. Коротков: — А чего тут доказывать? У нас с тобой в кабинете почему-то неспроста так ничего не пропадает! Лесников: — Я бы на твоем месте сплюнул бы... «Колобок»: — Не надо. На его месте сплевывать не надо — он в меня попадёт.

— Скажи мне, Влад, мой недалекий друг... — А почему недалекий? — А потому что близкий.

Знаешь, что такое настоящие друзья? Это те друзья, которые знают о тебе больше, чем ты сама.

— Знаешь, что счастливыми считаются только те пары, в которых он делает только то, что она хочет? — А она? — И она делает то, что она хочет.

Из прошлого женщины нужно черпать полезную информацию, а не поводы для трагедий.

— Ой, какая ж ты дотошная, Каменская, как вошь портошная! Как с тобой муж-то живёт? — Есть женщины, с которыми хорошо, но без которых ещё лучше. А есть женщины, с которыми плохо, но без которых ещё хуже.

В жизни всё бывает: и жук свистит, и бык летает.