Аника Вишес

Внутри, где-то в легких, будто дрожал воздух. Липкое и слабое, но все же паническое чувство, как если бы девушка состояла целиком из желе, и к нему бы прикоснулись электрической зубной щеткой.

… я уже не такая, какой была раньше. И продолжаю меняться, что-то происходит во мне. – Тебе страшно? – Да. Но уже меньше, чем раньше.

Всю ее фигуру точно заморозили, плечи сделались угловатыми, спина будто налилась свинцом. Страх казался физически ощутимым, обернув ее тело густой липкой пеленой.

От взгляда его серых глаз пахнуло опасностью и могильным холодом. Так зверь смотрит на свою жертву перед броском.

Старая сказка может ожить, если слишком часто рассказывать ее детям перед сном.

Слова бывают опасны. Ложь, многократно произнесенная вслух, становится правдой.

Даже если ты встанешь на площади и будешь кричать во все стороны о монстрах-кровососах, скрывающихся в толпе, как ты думаешь, много ли народу тебе поверит и как скоро тебя погрузят в машину скорой помощи, чтобы отвезти в психушку?

Хочешь спрятать дерево – спрячь его в лесу.

Время, отмеряемое страхами и кошмарными снами, течет по-иному.

Любой крепкий алкоголь. Помогает напиться до беспамятства и заснуть. Так можно перенести что угодно: голод, несчастную любовь, ядерный взрыв.

Что было, то прошло. Ты права, нужно как-то жить дальше.

Представь себе парадокс: я бессмертный, но у меня нет времени. Именно сейчас у меня его нет!

Нет ничего плохого в том, чтобы ненавидеть тех, кто достоин ненависти. Мы же любим тех, кто заслуживает любви? Потому я не вижу зла в мести. Это просто награда за другое зло. То, что было причинено мне раньше. Все честно. Так сохраняется баланс.

Сердце бешено гнало кровь, до шума в ушах. Но она стояла, ровно и спокойно, глядя на эту сцену, будто вырезанную из дешевой мелодрамы и вклеенную в ее жизнь.

Нужно было выбрать самый красивый букет. В прозрачных пластиковых вазонах на полках специальных холодильников стояли сотни цветов со всего мира. Хрупкие тюльпаны и ирисы; розы белые, чайные, нежные; розы темные, полные пафоса, взывающие к классике; герберы, похожие на разноцветные солнца на ножках; лилии, чьи соцветия, точно бокалы, до краев наполнены пьянящей сладостью, и еще десятки растений, чьих названий девушка не знала.

Головокружительный роман, который, казалось, был готов перейти в крепкий и нерушимый брак. Пышные ухаживания, романтические подарки… Все это рухнуло и погребло ее под обломками. И как теперь выбраться на свет, переломанной и разбитой? Как зажить новой жизнью, как снова стать счастливой?

У матерей на все всегда хватает рук.

И тут что-то внутри нее щелкнуло, будто сломалось, треснуло от напряжения. Или это разбилось ее сердце, или кто-то спустил курок у нее в груди...

Кот оказался приятным во всех отношениях и галантным мужчиной, но с одним изъяном — жгучей ненавистью к другим домашним животным.

Тишина повисла такая, что Кристине показалось, будто кровь, прихлынувшая теперь к голове, пойдет у нее из ушей, если не раздастся хоть звук.

Ничто не может быть лучше зимнего вечера пятницы, проведенного в хорошей компании в уютном месте, где можно выпить в кругу друзей и вкусно поесть пищи, которую ты сам не готовил.

Ничто не доставляет такое удовольствие, как возможность купить будущее.

Ждать я умею. У меня вообще со временем особые отношения.

Ад — это здесь и сейчас. Когда-нибудь я тебе это докажу.

Главное правило — не выходить на свет.