Холли Блэк

Мне нравится, когда что-то происходит, когда история не стоит на месте. А когда найти интересную историю не удается, я создаю ее.

С принцессами всегда случается что-то плохое. Их колют тернии, их травят яблоками и выдают замуж за собственных отцов. Им отсекают руки, а их братьев превращают в лебедей, возлюбленных рубят на куски и сажают в горшки с базиликом. Их рвет брильянтами, а когда они идут, то как будто ступают по лезвиям ножей. И все же они ухитряются выглядеть милыми и прекрасными.

Наши обещания не важны. Чести от нас никто не ждет. Все знают, что мы лжем.

В книжках ничего приятного не бывает. А если и бывает, то дальше случается что-то плохое. Потому что иначе было бы скучно, и эти книжки никто бы не читал.

Фейри не верят в словесные благодарности. Они верят в долги и сделки.

Оставаясь незаметным, ты имеешь немалые преимущества.

Каждый день, когда я не прошу у Кардана прощения за им же начатую ссору, можно считать моей победой. Он может унижать меня, но каждый раз, когда он делает это, а я не отступаю, его сила убывает. Как-никак он бросает все, что у него есть, на обычную девчонку, и из этого ничего не выходит. Рано или поздно он отступится.

— Хочу увидеть тебя ещё. — Почему? — Потому что ты, как история, которая еще не случилась и частью которой я хочу быть. Потому что хочу видеть, что ты будешь делать.

Жизнь — наша единственная реальная вещь. Наша единственная монета. На нее мы можем купить что хотим.

Сделки с фейри, как всем известно, редко бывают в пользу смертных.

Желание — странная вещь. Удовлетворенное, оно мутирует. Получив золотую нить, мы хотим иметь и золотую иголку.

Ты не отделаешься от меня. Я и дальше буду бросать тебе вызов и позорить своей дерзостью и непокорством. Ты постоянно напоминаешь мне, что я простая смертная, а ты — принц Фейри. Ладно, позволь напомнить, что это значит: ты можешь потерять многое, а мне терять нечего. В конце концов ты можешь победить, можешь околдовывать меня, делать мне больно и унижать, но я позабочусь о том, чтобы ты потерял все, что я смогу отнять у тебя. Это я тебе обещаю, и это меньшее из того, что я могу сделать.

«Ты не убийца», — сказал Мадок. Но сейчас я чувствую, что могу ей стать, могу нести смерть.

И все же сожалений нет. Ступив с края, я хочу лишь падения.

В мире фейри крики все равно что птичье пение — обычное дело, не привлекающее внимания.

Только глупцы не боятся того, что страшно.

Едва подавляемый конфликт нисколько его не беспокоит, а, наоборот, нравится почти так же, как открытая война.

Каждому есть что терять.

Косточка сгниет. И мы тоже. Они правы. Мы — Двор червей. Мы — смертные. Мы не можем ждать целую вечность, надеясь, что они позволят нам делать то, что мы хотим.

Я не стремлюсь выступить на турнире не хуже других. Я хочу победить. Не желаю быть им ровней. В душе я жажду превзойти их, стать лучшей.

— От чего устала, сладенькая? — От собственного бессилия.

Я живу со страхом. Я позволила ему поселиться в моих костях и не замечаю его.

Вот в чём моя проблема, — сказала она себе. — Если где-то опасно, я иду прямиком туда.

В чудовищах плохо то, что иногда они похожи на людей.

Любой план похож на карточный домик — измени одну деталь или тронь одну карту, и все рассыплется.