Керстин Гир

Секрет, известный всем: чем увереннее предъявляешь окружающей среде свои недостатки, тем менее они воспринимаются как таковые.

— О Бо-оже! Ты что, действительно хочешь, чтобы на первое наше с Гидеоном свидание я пришла в пакете для мусора и с дуршлагом на голове? Лесли замешкалась. — Но ведь это искусство! К тому же это весело. И бесплатно, — пояснила она. — Кроме того, он так в тебя втрескался, что ему уже наплевать, что на тебе надето.

Всегда они куда-нибудь торопятся, эти мущины! Но в делах моды и красоты спешка недопустима!

— Она в жизни не влюбится в такого зазнайку. — Уже влюбилась. А он такой же, как и ты когда-то. — Ты о чём? Этот…! Ни капли он на меня не похож! Я тобою никогда так не помыкал, никогда! Она усмехнулась. — Да ну. — Разве только тогда, когда это было жизненно необходимо, — он сдвинул шляпу на затылок.

— Я готов. А ты, принцесса? — Если ты готов, то готова и я.

Ворон, парящий в рубиновом храме, Слышит песнь мёртвых он между мирами, Не знает, что силою он наделён, Но вот пробил час, завершён круг времён. Лев с диамантовым гордым оскалом, Под действием чар сила светлая пала. Солнце умрёт, лишь тогда всё сменится, Ворона смертью круг завершится.

— Mine eye and heart are at a mortal war, how to divide the conquest of thy sight, — бубнила я. — Это ты мне? — спросил Гидеон.

В этом весь Гидеон — только стоит пережить с ним что-то э-э-эм… приятное, как он прилагает все усилия, чтобы как можно быстрее всё испортить.

Мне кажется, кто-то стоит там за занавеской и подслуши... — только и успел сказать Гидеон, но тут я обвила руку вокруг его шеи и прижалась губами к его губам. Ну и раз уж всё так получалось, пользуясь случаем, я прижалась всем телом к его телу, в лучших традициях прилипалы-Лавинии.

Моя грудь поднималась и опускалась, а всё тело было покрыто мелкими капельками пота, но не исключено, что лорд Алестер и Дарт Вейдер были недалеки от правды. Я-то ведь тем временем уже парила в воздухе крошечной блестящей пылинкой, а моё лицо там внизу невероятно побледнело. Даже губы теперь были серого цвета. По щекам Гидеона покатились слёзы. От всё ещё изо всех сил прижимал руки к моей ране. — Останься со мной, Гвенни, останься со мной, — шептал он, и вдруг я перестала всё это видеть и снова почувствовала под собой жёсткий пол, глухую боль в животе и всю тяжесть своего тела. Я хрипло вздохнула, зная, что на следующий вздох сил моих уже не хватит. Мне хотелось открыть глаза, чтобы последний раз взглянуть на Гидеона, но я не смогла этого сделать. — Я люблю тебя, Гвенни, пожалуйста, не покидай меня, — сказал Гидеон. Эти слова были последним, что я услышала, прежде чем бездна поглотила меня.

— Ты готова? — Если ты готов, то и я тоже.

Сначала путаются слова, затем путаются понятия, и в конце концов путаются вещи.

Я не боюсь мертвых. В отличие от живых они — по моему опыту — не делают ничего плохого.

Влюблённые девочки — это бомбы с часовым механизмом. Никогда нельзя знать наверняка, что она выкинет в следующую минуту.

Прежде чем рассказать мне о вещах, не предназначенных для постороннего слуха, убедись, что я действительно тот, за кого себя выдаю.

Мы сами ведь шли на ощупь в том, что касалось деталей.

Странно, как много чувств можно испытать одновременно. Чувство вины, стыда, а теперь и злости...

Если ты спросишь меня, закаты солнца слишком переоценивают.

Скакать вот так по замерзшим лужам было так же приятно, как, например, хлопать пупырышками на оберточном целлофане. Да и вообще, кто определяет, какие занятия предписаны взрослым, а какие — детям?

Если я чем-то и горжусь, то своей склонностью к неповиновению.

Что, если ты Во сне, В обычном самом, Что, если ты Во сне своем, Самом обычном, Попал на небеса И там сорвал цветок И странный, и красивый. Что, если ты, Проснувшись, Увидишь сей цветок в своей руке? Что, если?..

Чрезмерная забота и обилие сладкой еды частенько нас утешали.

Иногда мама была быстрее, чем айпад, и почти так же хороша, как Википедия.

Самые увлекательные вещи — они же всегда и самые опасные. И все-таки надо добраться до самой их сути.

— Что это за духи? — прошептал он мне прямо в ухо. — Они сводят меня с ума. — Да, это видно. Особенно если учесть, что я вообще сегодня духами не пользовалась.