Мария Боталова

И окончательно убедив себя, что шкаф — это просто шкаф, я решительно распахнула дверцы. Изумленное молчание длилось секунды две, и я заорала так, что у самой в ушах зазвенело. Сидящий в шкафу рогатый конь задумчиво на меня покосился, аккуратно сложил газету, которую до этого читал, и тоже заорал. Причём ещё громче. После чего невозмутимо дверцы шкафа закрыл.

Может, моя затея и малость отдавала наивностью и даже идиотизмом, но я решила хотя бы попытаться.

Не все то — зло, что царствует во тьме. Не все то — тьма, где не бывает света. Не все то — свет, что ярок в тишине. Не бойся тьмы и света, бойся знать ответы.

Если уж решились врать начальству, то заранее намыльте себе веревку.

За очередным поворотом полутемного коридора белого мага конкретно огрело по затылку чье-то копыто. Бессознательный Алистер рухнул как подкошенный. – Не, еще один в этот мешок не влезет, – раздался следом задумчивый голос Даридадуса. – Да на кой он нам сдался? – отмахнулся Боня. – Пусть так тут и валяется. Если что, скажем, что он просто шел-шел и ему вдруг голову напекло. – Чем напекло? Копытом? – Я чуть не взвыла. – Бонь, ты чего это, совсем? Ладно Ийрилихар, там хоть повод был… – Так и тут есть, – веско перебил Бонифаций. – Понимаешь, мы забыли, где вампир живет, надо было у тебя спросить. А как спрашивать, если рядом этот крутится. Из темноты коридора спешно показалась Николетта. Увидела пришибленного Алистера и перепуганно ойкнула. – Ас ним-то что? – Затылкокопытная эпидемия, – мрачно пояснила я.

– Слушай, подарок сейчас дарить будем или все же попозже? – Что дарить-то будем? – Как что? – в свою очередь, не понял Бонифаций. – То, что ты и сказала. – Он любовно похлопал копытом по мешку. – Боня, – я схватилась руками за голову, – ты что натворил?! Когда я говорила про «долбануть Ийрилихара копытом по голове, засунуть в мешок и подарить Николетте», я образно выразилась! Бонифаций и ухом не повел. – Ну надо было конкретизировать, что ты образно выражаешься, – невозмутимо парировал он. – Теперь уже дарить будем.

— Хана, — мигом констатировал Бонифаций. — Какой прискорбный конец! Древний демон утоп в эльфийской купальне! Давайте выпьем за упокой.

— Слышь, ты, ушастый, — донеслось мрачно-хриплое со стороны двери, — курить есть? А если найду? — Боня! — я едва не запищала от радости. Бонифаций стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку, и не сводил с эльфа угрюмого взгляда. — Как ты смеешь так со мной разговаривать? — процедил Раэль сквозь зубы, но меня все же отпустил. — Я — эльфийский принц! — Так и я — эльфийский принц, — единорог и бровью не повел. — Бонифациэль Изшкафсский. Что, — он усмехнулся, — разве не похож? Волосы длинные светлые? Да. Уши заостренные? Опять да. Морда лошадиная? Само собой, как и у любого эльфа.