Ольга Пашнина

– Так… а этот чего тут делает? – Тебя хотела спросить. Как можно напоить в слюни жнеца смерти?! Ты вообще человек? Когда будешь помирать и к тебе придет твоя личная смерть, пожалуйста, не спаивай ее, нам потом за это штрафы выписывают.

Я родителями манипулировала, когда тебя еще и в планах не было, – маскируя удушающий захват под сестринское объятие, доверительно сообщила я пыхтящей сестре. – И скажу честно, лучше бы я вместо сестренки попросила морскую свинку. Прелесть! Посюсюкал и в коробку посадил. А то, как оказалось, из младших сестренок вырастают большие змеюки.

– Привет всем! – вяло поздоровалась я. – Ой… – раздалось откуда-то сбоку. – А вы кто? – Всадники апокалипсиса, – хохотнул Голод, увидев тощего мальчика в очках, сжимавшего в руках папку с документами, – Голод, Война, Смерть и Мор. Это стажер. – Курсач, – заржал Война...

– Вино «Вдохновение», – фыркнула я. – Слушай, ба, вот как оно вдохновляет, если меня с половины бокала уносит Харон знает куда? – А ты закусывай, – посоветовала бабушка, оторвав от своего венка пару виноградинок.

...эта потасовка уже начала надоедать, как вдруг вся наша троица повисла в воздухе. Я, держащая Фели за лохмы, и Цербер, вцепившийся в ее штаны. – И что это, с позволения сказать, за репка в постановке авангардного театра ближайшей психбольницы? – мрачно поинтересовался стоящий в дверном проеме отец.

– Почему обо всех моих проблемах знает лодочник?! – Наверное, мне на гондолу надо поставить табличку с «шашечками». Может, тогда ты вспомнишь, что я транспорт, а не служба доверия, – парировал мужчина.

– Кран, где блоки?! – спросила я, оглядывая совершенно пустой склад. – Ты их куда сложил? – Сюда, – грустно возвестил кран и даже не обиделся на то, что я назвала его не по имени. – А где они? – Бобры унесли. Тут я, что называется, выпала в осадок. – Какие еще бобры?! – Обычные. Мохнатые, коричневые такие, с зубами. Взяли и унесли. Я сверилась с накладной. – Шесть блоков по триста килограммов?! Бобры? Да откуда здесь бобры-то? – А я почем знаю? Были блоки. Пришли бобры. Нет блоков. Ушли бобры. Не драться же мне с ними!

– Почему ты так напряжена? Почему каждое мое слово или действие воспринимается в штыки? – На Земле мужчины часто обманывают девушек. Притворяются добрыми и любящими, а потом разбивают им сердце. Это в порядке вещей. Хочешь выжить – не доверяй тем, кому от тебя что-то нужно.

«Дело не в тебе, дело во мне» — какая банальная и пошлая фраза. Да нет, дело в обоих. Не бывает разрывов, в которых виноват кто-то один. Инициатор — да, но не виновник.

– Я умею создать образ скромницы, красотки, умной женщины, холодной женщины… – Горячего копчения, холодного копчения, – продолжила я, и Дарька рассмеялась.

– Кофе, – напомнил Альдред. – Пока не выпью кофе, я не человек.

– ... Умение признавать неправоту – очень важный навык. Но не переусердствуйте. – Что это значит? – удивилась я. – Стойте до конца там, где нужно. – Профессор пожала плечами. – Иногда это полезно.

– Кстати, тебе енот не нужен? – Еноты нужны всем.

– В челюсть, и проблем нет. Нечисть торжественно побеждена. – Райэн – первоклассный маг, – прошептала Эри. – Его нельзя победить ударом в челюсть. – Всех можно победить ударом в челюсть, – огрызнулась я. – Это универсальное средство.

– Я хотел предложить поужинать у меня дома. Я неплохо готовлю. – У тебя есть дом? – удивилась я. – Нет, я в коробке живу, на рынке. Конечно, у меня есть дом, Дейна.