Пауло Коэльо

Если всадник, сброшенный с коня, не вскочит в седло в следующую же секунду, ему уже никогда не хватит на это храбрости.

Великая мечта состоит из великого множества различных вещей — так же как солнечный свет складывается из миллионов лучей.

Чаша страданий у каждого своя.

Зависть — часть жизни, и каждый должен уметь совладать с нею.

Доверять людям — важно.

Мелочи способны нарушить привычный ход событий.

Затянувшаяся война в конце концов уничтожает и самого победителя.

Читайте. Забудьте всё то, что вам наговорили, и читайте.

Передо мной выбор — стать жертвой этого мира или авантюристкой, которая ищет клад, всё зависит от того, как я сама буду смотреть на себя и свою жизнь.

Слишком уж часто говорила она «нет» в тех случаях, когда хотела бы сказать «да». Слишком твердо решалась испытать лишь то, что можно будет взять под контроль, — вот хоть ее романы, к примеру. Теперь она стояла перед неизведанным — таким же неведомым, каким было это море для тех, кто впервые отправлялся по нему в плаванье: это она помнила по школьным урокам истории. Конечно, можно сказать «нет» и на этот раз, но не будет ли она до конца дней корить себя, как после той истории с мальчиком, спросившим, нет ли у нее лишней Ручки, и исчезнувшим вместе с первой любовью? Можно сказать «нет», но почему бы не попробовать на этот раз сказать «да»?!

Лучше несчастливая жизнь замужем за богатым, чем, как говорится, рай в шалаше. Не бывает в шалаше рая. А там, куда ты отправляешься, у тебя больше шансов стать если не счастливой, так богатой. А не выгорит дело — сядешь в автобус да прикатишь домой.

А что это такое — «сила красоты»? И как живется на свете некрасивым женщинам? У Марии было несколько подруг, которых никто не замечал на вечеринках, которых никто не спрашивал: «Как дела?» Невероятно, но факт — эти дурнушки несравненно меньше ценили перепадавшие им крохи любви, молча страдали, когда оказывались отвергнутыми, и старались смотреть в будущее, находя что-то еще помимо необходимости краситься и наряжаться, чтобы кому-то там понравиться. Они были куда более независимы и жили в ладу с самими собой, хотя, на взгляд Марии, мир должен был им казаться совершенно невыносимым.

Ну а пока прекрасного принца не было, оставалось только мечтать.

Действительность плохо вяжется с мечтами...

Общество создаёт всё новые правила, а вслед за ними противоречащие этим правилам законы, а затем новые правила, противоречащие этим законам. И люди становятся испуганными и боятся шаг ступить за пределы того, что установлено невидимым распорядком, подчиняющим себе жизнь каждого.

Перед вами выбор: либо вы владеете своим умом, либо он владеет вами. По второму варианту вы уже жили: вы позволяли овладевать собой страхам, неврозам, неуверенности, поскольку человеку присуща эта склонность к саморазрушению. Не путайте безумие с потерей контроля.

Вы, здесь сидящие, и есть те, кому суждено меня услышать, — сказал он. — Вы выдержали два самых тяжёлых испытания на духовном пути: терпение в ожидании момента истины и мужество принимать происходящее без осуждения и оценки.

Страх страдания хуже самого страдания.

В его объятиях была съежившаяся женщина. — Она... она умерла. Но женщина шевельнулась и открыла глаза. — Что с тобой? — спросила Вероника. — Ничего, — ответил Эдуард, поднимая её. — Точнее сказать, случилось чудо: ещё один день жизни.

Иногда нужно умереть, чтобы начать жить.

Никогда не ввязывался я в дело, не изучив предварительно пути к отступлению. Но, однажды ввязавшись, никогда не стремился тотчас же опрометью убежать прочь.

Планета была, есть и всегда будет сильнее нас. Мы не можем уничтожить её, а если перейдём определённый рубеж, она сама позаботится о том, что бы уничтожить нас, стереть с лица земли и продолжать существование. Почему бы нам не начать говорить о том, как бы не дать планете нас извести?

Зеркало отражает верно; оно не ошибается, ибо не думает. Думать — почти всегда значит ошибаться.

Когда море, что раскинулось перед нами, унесет в свои пучины хоть маленькую песчинку, мы этого, разумеется, не заметим, ибо это всего лишь песчинка, но европейский континент станет меньше...

— Я люблю тебя, — услышала я его голос и сказала в ответ: — Я учусь любить тебя.