Пауло Коэльо | 1232 цитаты

Столько лет боролась я против собственного сердца, ибо страшилась печали, страдания, забвения. Но я всегда знала, что истинная любовь — превыше всего этого, что лучше умереть, чем перестать любить.

Вот так и жизнь — она хватает нас врасплох и тащит к неведомому, хоть мы, быть может, этого не хотим, хоть нам, быть может, этого и не надо.

Мне хотелось бы, чтобы рядом со мной был человек, в присутствии которого мое сердце билось бы ровно и мерно, человек, рядом с которым мне было бы спокойно, потому что я не боялась бы на следующий день потерять его. И время бы тогда текло медленнее, и мы могли бы просто молчать, зная, что для разговоров у нас впереди еще целая жизнь. И мне не надо было бы принимать трудные решения, ломать голову над серьёзными вопросами, произносить жесткие слова. Мы молчим — и это многое значит…

Одни события происходят в нашей жизни для того, чтобы вернуть нас на истинный путь Судьбы. Другие нужны для того, чтобы мы применили в жизни свои познания. А некоторые события призваны научить нас.

Несчастье — это испытание, а не наказание.

Все сражения нужны в жизни для того, чтобы чему-то нас научить. Даже те, которые мы проигрываем.

... жизнь соткана не из желаний, а из поступков каждого человека.

... в один миг уразумел самую важную, самую мудрёную часть того языка, на котором говорит мир и который все люди постигают сердцем. Она называется Любовь, она древнее, чем род человеческий, чем сама эта пустыня. И она своевольно проявляется, когда встречаются глазами мужчина и женщина.

Время не меняет человека, мудрость не меняет человека, и единственное, что может перестроить строй его мыслей и чувств, — это любовь.

У человека всегда есть всё, чтобы осуществить свою мечту.

Никогда Зло не приведёт за собой Добро!

Все испытывают страх в тот миг, когда могут изменить свою судьбу.

Чтобы веровать в свою стезю, нет нужды доказывать, что другой избрал себе неверный путь.

Воины света никогда не примут неприемлемое.

Именно поэтому они — воины света. Потому, что совершают ошибки. Потому, что задают вопросы. Потому, что неустанно отыскивают смысл. Ищут — и в конечном счете находят.

Видя воина в унынии, наставник говорит ему: «Ты — не такой, каким кажешься в минуту печали. Ты — гораздо больше. Вспомни, сколь многие ушли навсегда — по причинам, которых мы никогда не поймем, — а ты продолжаешь оставаться здесь. Отчего Бог призвал к себе таких невероятных людей, а тебя — нет? В этот миг миллионы людей уже отчаялись. Они не досадуют и не плачут; они ничего больше не делают, они лишь ждут, когда пройдет время. Они лишились способности реагировать на происходящее. А ты — не в пример им — грустишь. Грусть доказывает, что душа твоя не омертвела».

Страдание начинается в тот миг, когда мы ждём, что другие будут любить нас так, как мы воображаем, а не так, как хочет выразить себя сама любовь — она свободно, без принуждения, влечёт нас своей силой и не даёт остановиться.

... нет ничего хуже, чем чувствовать, что никому нет дела — существуешь ты на свете или нет, что никому не интересны твои представления о жизни, что мир превосходнейшим образом может обойтись без твоего беспокойного присутствия. Я стал представлять, сколько миллионов людей в эту минуту осознали собственную никчёмность и убожество <...> только потому, что оказались в одиночестве сегодня вечером, и вчера, и, быть может, завтра тоже будут одиноки.

Хуже, чем в убогом одиночестве бродить по Женеве, — это быть рядом с человеком и вести с ним себя так, что он чувствует, будто не играет ни малейшей роли в твоей жизни.

Да, это несомненно: каждый из нас — храм. Но что заключено в пустом пространстве моего храма? Эстер. Заир. Она заполняет его. Она — единственная причина того, что я ещё жив. Я оглядываюсь вокруг и понимаю, почему стою сейчас в центральной нефе, почему мчался по обледенелой автостраде и томился в пробках — для того, чтобы помнить, что надо ежедневно перестраивать себя; для того, чтобы — впервые в жизни — признать: я люблю другого человека больше, чем самого себя.

Надо изучать предметы, которые тебе никогда не понадобятся, только потому, что кто-то счёл, что алгебра, тригонометрия, кодекс Хаммурапи — важны.

— Сумасшедший — это тот, кто живёт в своём собственном мире. Как, к примеру, шизофреники, психопаты, маньяки. то есть те, кто явно отличаются от других. <...> ... вы наверняка слышали об Эйнштейне, который говорил, что нет пространства и времени, а есть их единство. Или о Колумбе, который настаивал на том, что по другую сторону океана — не бездна, а континент.или об Эдмонде Хиллари, который был убежден, что человек может взойти на вершину Эвереста. Или о «Битлз», которые создали другую музыку и одевались словно люди совершенно иной эпохи. Все эти люди, и тысячи других, тоже жили в своем особом мире.

Да, он – ассистент. А она – важная персона и уже проявляет признаки того, что осознает это. Очень, очень скоро она поймет, куда попала: этот мир высосет из нее всю энергию, заполнит голову мечтами, сыграет на тщеславии, а потом, когда она будет готова на все, — отшвырнет в сторону как использованную вещь. Так было с ним, и так будет со всеми.