Владимир Вишневский

С такой зарплатой трудно быть любимым.

Мадам, не улыбайтесь, это страшно...

Подайте на билет в Буэнос-Айрес!

Нет*, Женщина не повод для цинизма! В моих поэзах баба — нежный термин. Точнее, квинтэссенция лиризма. Нас не поймут эстет и эзотерик. Банально утверждать, что я хороший. Но — дорожа отдельно взятой ношей, - Любимую мной и процессуально - Не называю женщину партнершей - И это для меня вполне нормально.

Палач не знает роздыха!.. Но всё же, чёрт возьми, Работа-то на воздухе, Работа-то с людьми.

Зачем же сразу через ваш, Давайте лучше через мой! Да и вообще, не надо всем, Мадам, навязывать свой труп!

Кто-то тянется к водному поло, Кто-то жаждет натягивать лук... А футбол популярней гандбола, Ибо ноги волнительней рук.

Обращаюсь к структурам и фондам, Предприятиям и заводам, Человекам и пароходам, К частным лицам, ко всем поколениям: Не сорвите мне, суки, Миллениум!..

Я люблю её по-своему!... (И она меня, по-моему.)

Наступят на мозоль — и сразу «Ой!». А то и матом. И — давай ругаться. Весь мир страдает во главе со мной Унылой адекватностью реакций.

А скольких медсестер вернул я к жизни!..

Всё позади: придётся обернуться!

Судьба, оскалив зубы, улыбнулась.

За детство счастливое наше ответственных вряд ли накажут...

Идут года, мне всё ещё за тридцать...

Вы снова здесь? Как Вы непостоянны!

В присутствии сограждан я теряюсь...

Зачем о Вас — давайте о приятном!..

Зачем уж так с клиентом целоваться...

Да, не на ком тут глазу отдохнуть...

Кто Вы такой, что б мне желать успехов?..

Да будет Вам, вы тоже не подарок!..

Ну сделай что-нибудь, хотя бы деньги!..

Не на крест, не на плаху, как пристало поэту. Что же, на фиг, так на фиг. Я пойду и на это.

... Чтоб «капуччино» иметь в кровать - умей, мужчина, мечту сбывать!