Фредди Меркьюри

Если мы с вами проснемся утром после концерта, зная, что нас там не было, мы будем жалеть об этом до конца дней.

— Ты был бесподобен. — Только потому что знал, что ты на меня смотришь.

Мы верим друг в друга, а это важнее всего.

Мы все можем друг друга поубивать, но кто тогда запишет альбом?

Вся поэзия в ушах слушающего.

— Мэри знает меня таким, каким больше никто не узнает. — Я тебя знаю, Фредди Меркьюри. — Ты правда так считаешь? О нет, ты не знаешь меня. Ты видишь лишь то, что хочешь видеть.

— Мы делаем синглом «You're my best friend» и все! — Мы создали хит и знаем это, даже если ты не понимаешь. Называется «Богемская Рапсодия». А ты станешь известен, как человек, потерявший Queen.

— Она бесконечная — шесть, чёртовых, минут! — Бедная твоя жена, если для тебя шесть минут — это вечность.

Я считаю, нам всем стоит чаще рисковать.

— Ты легенда, Фред. — Да, Родж, ты чертовски прав. Мы все легенды. Но да, я легенда!

Если вы начнете кудахтать или вздыхать, или что хуже всего, доставать меня своим сочувствием — вы просто потратите зря время. Время, которое можно пустить на создание музыки, а это все, чем я хочу заниматься до конца жизни. У меня нет времени быть жертвой, мальчиком с плаката, поучительным примером, нет, я решаю, кто я такой. И я буду именно тем, кем я рожден быть. Я буду артистом, дающим людям все, чего они хотят.

— Ты уволен. — В смысле? — Пошёл вон из моей машины!

— Фредди, ты можешь сгореть в такой работе. — Да, но свет будет божественный.

Быть человеком довольно непросто, требуется анестезия.

— Как насчёт меня? — С такими зубами — точно нет! — У меня от рождения четыре лишних резца. Больше пасть — больше диапазон.

Мы ещё такие ничего себе престарелые королевы! ============================ Согласитесь, что мы неплохо сохранившиеся королевы!

Роджер Тэйлор: — Галилео, Галилео, Галилео, Галилео, Фигаро... Ну как? Фредди Меркьюри: — Выше. Джон Дикон: — Можешь ещё выше? Роджер Тэйлор: — Могу, но тогда меня услышат только собаки. Фредди Меркьюри: — Делай. <...> Роджер Тэйлор: — Боже! Сколько ещё «Галилеев» тебе надо?