Гарри Уотерс

— Он хотел застрелиться. Я не позволил. — То есть, ты не дал ему сделать то, что решило бы мою проблему, твою проблему и его проблему?!

Хочет покончить с собой? Я тоже хочу. И ты тоже хочешь. Все хотят, мать твою. Никто не придаёт этому значения.

— Что, думаешь, я тебя пожалею, раз ты стоишь тут, как Роберт Пауэлл?! — Кто это?

— Не уверен, что это в его вкусе. — Что значит — не в его вкусе? Это ещё что такое? Это ещё какого хрена? — Да ничего, Гарри. — Город, как в сказке, мать вашу! Как может быть сказочный город не в его вкусе?! Каналы, мосты, церкви! Долбаная сказка, и не в его вкусе?! — Я хотел сказать, что... — Лебеди там плавают? — Да, лебеди плавают. — Там сраные лебеди плавают и они, мать их, не в его вкусе?!

Хватит строить из себя Ганди.

— Ты говнюк. Ты говнюк и всегда им был. И единственное, что когда-либо изменится, так это то, что ты станешь ещё большим говнюком. Ну, может ещё таких же нарожаешь... — Не трогай моих детей, они тут ни при чём! Забери свои слова про моих родных мелких говнюков! — Хорошо, про мелких говнюков забираю. — Оскорблять моих сраных детей! Да ты все границы переходишь! — Я уже забрал свои слова... но ты всё равно говнюк. — Слышал, не глухой.